— Я так и подумала. Они милые. — неуверенно улыбнулась она и испуганно пискнула, когда прямо за ней образовался Суйгецу.
— Ты хотела сказать, что я милый, так? — мило оскалился парень, приобнимая ее за плечи. — Карин можно назвать по разному, но уж точно не милой. — Хината слегка покраснела.
— Я просто вспомнила детство. — пробормотала девушка. — Думаю, на самом деле вы хорошие товарищи. — парень глянул на нее с удивлением.
— Я-то только шучу, но Узумаки так ярится… иногда мне кажется, что она задушит меня ночью. — доверительным шепотом сказал ей Хозуки.
— Поверь, каппа, если я хотела бы тебя убить, ты давно был бы мертв. — невозмутимо проговорила Карин, прислонившись к стене. — И да, убери руки от девушки.
— Что, ревнуешь? — ухмыльнулся парень, вызвав гневный взгляд в свою сторону.
— Нет. Предупреждаю. — она подошла к Хозуки и что-то прошептала ему на ухо.
— А, так бы сразу и сказала. — пробормотал он, отпуская Хинату и отходя от нее на шаг.
— Хороший каппа. — улыбнулась девушка. — Джуго, если хочешь, я провожу Хинату-чан дальше. А вы с Суйгецу идите к Саске. — она посмотрела на парня.
— Хорошо, Карин. — наконец кивнул тот. — Не забудь покормить ее. — он повернулся к Хинате. — Прощайте, Хината-сан. — она ответила поклоном на его поклон.
— Спасибо, Джуго-сан.
— Пока, Хина-чан! — улыбнулся во все 32 Хозуки, прежде чем уйти.
— Пока… — пробормотала она.
— Идем. — сказала красноволосая.
Вскоре они оказались в небольшой комнатке с кроватью, тумбой, столом и двумя стульями.
— Не сказать, что тут особо уютно, но приемлемо. — сказала девушка. — Есть еще ванная. Располагайся, а я принесу тебе ужин. Поедим вместе. — получив кивок Хинаты, девушка ушла из комнаты.
Сняв со спины сумку, она вытащила свиток с банными принадлежностями и решила принять душ после долгой дороги.
— “Команда Саске-куна такая разношерстая…” — думала она, моя голову. — “Они явно уважают его. Особенно Джуго-сан.” — несмотря на свою странность, ей понравились друзья Учихи. — “Интересно, смогу ли я с ними подружиться?” — она вышла из душа и, обмотавшись полотенцем, вернулась в комнату, в которой уже сидела Карин.
— Надеюсь, там было новое мыло? — пробормотала она, наблюдая за Хинатой. — Я совсем про это забыла…
— Не беспокойся, Карин-сан. — улыбнулась Хьюга. — Я все ношу с собой.
— Да, это правильный выбор. Мыло у Орочимару так себе. — хмыкнула она. — Я тебе не мешаю переодеваться? — спросила она.
— Нет, что ты. — сказала девушка.
— Если хочешь, могу выйти. — покраснела она.
— Не стоит. Я быстро. — вскоре, закончив с одеванием, она села на стул рядом с Узумаки. — Спасибо, что принесла поесть. — сказала Хината, разламывая палочки.
— Не за что. — кивнула аловолосая. — Нечасто сюда приходят приятные люди. — Хьюга неуверенно улыбнулась на ее слова, и они приступили к трапезе.
Они уже закончили с едой и спокойно болтали, когда в дверь комнаты постучали.
— Блин, если это каппа, а ему все лицо умою… — бурчала Узумаки, открывая дверь.
— Карин, здравствуй. — она подняла взгляд на Учиху.
— Саске, — немного растерянно пробормотала она. — Чего тебе?
— Я пришел к Хинате. Поговорить. — твердо проговорил шиноби.
С минуту эти двое буравили друг-друга тяжелыми взглядами, пока Узумаки все же не отступила.
— Хорошо. — она поправила очки. — Спокойной ночи, Хината-чан.
— Спокойной, Карин-чан. — пробормотала Хината.
Взяв пустые тарелки со стола, аловолосая ушла.
— Как ты обустроилась? — спросил Учиха, прикрывая дверь.
— Хорошо, спасибо. — сказала она, сводя ноги вместе. — Твои друзья очень хорошие. — он хмыкнул, услышав это.
— Я поговорил с Орочимару. — она подняла на него сосредоточенный взгляд. — Он знает этого Узумаки. Точнее, он даже был какое-то время под его попечением. Он знал его мать, куноичи Амегакуре — Узумаки Нами. Она одно время сотрудничала с Конохой. Поставляла какие-то печати. Во время третьей мировой у нее был короткий роман с твоим дядей - Хизаши. — Хината вздрогнула услышав имя отца Неджи. — Но потом их разбросало в разные стороны. По словам Орочимару, она долго искала его, желая сообщить о своей беременности, но вскоре узнала о его помолвке. По законам кланов она должна была убить ребенка, но не смогла. — он сделал паузу и, глубоко вдохнув, выдохнул. — Как только ребенок родился, она наложила на него печать, которая не должна была позволить пробудиться его додзюцу. Она собиралась растить его как обычного Узумаки, но…
— Но что? — дрожащим голосом спросила Хьюга.
— Мальчику было 7 лет, когда она узнала о смерти своего возлюбленного.
— Тот случай с Кумо… — прошептала девушка.
— Да. — кивнул Учиха. — Узнав об этом, она покончила с собой. Так мальчик попал к Орочимару. По его словам, он был очень талантливым и вскоре обнаружил печать на своих глазах. На ее снятие ему потребовалось несколько лет, но он все же снял ее. Узнав то, что так долго от него скрывали, он забрал свитки Орочимару с техниками и секретами бьякугана, которые были у него и сбежал. — Учиха замолчал.
— Значит… он мой двоюродный брат? — тихо спросила Хината.