— Хината, — прошептал Учиха, поглаживая ее по шелковистой коже. — Ты позволишь мне? — тихо спросил он, обведя пальцами контур ее лица. Девушка, слегка вздрогнув, покраснела.
— С-саске-к-кун… — пробормотала она, попытавшись уйти от его прикосновений, но парень удержал ее.
— Доверься мне, — прошептал он, уткнувшись носом в ее ключицу. — Я не причиню тебе вреда, — Учиха с удовольствием вдохнул запах ее кожи.
— Я-я… — она испуганно посмотрела на него. — Прошу, Саске-кун, не надо…
— Я пугаю тебя? — она ничего не ответила. — Прости меня, Хината. Все это время я причинял тебе боль своими поступками и словами… — шептал парень, сжимая ее тонкое запястье. — Я так боялся потерять тебя, что даже не замечал, что причиняю тебе страдания. Мне очень жаль, — Учиха взглянул на нее с надеждой. — Я люблю тебя, Хината. Сможешь ли ты меня простить?
— Д-да, Саске, я тоже тебя люблю… — выдохнула девушка. Учиха неверяще посмотрел на нее.
— Правда? — тихо спросил он. Девушка судорожно кивнула. — Я так долго ждал этого, — прошептал парень и прижался к ее устам в нежном, исполненном любви, поцелуе.
— Ты уверен, что это правда? — открыв глаза, он увидел прямо за спиной своей жены, улыбающуюся аловолосую тень. — Думал, ты реалист, — хмыкнул парень. Учиха вздрогнув, отшатнулся от девушки, которая недоуменно взглянула на его перекошенное лицо. Обернувшись, она увидела Узумаки, который раскрыл руки в приветственном жесте. — Я вернулся за тобой, моя Химе.
Он очнулся внезапно, весь в холодном поту, резко сев на кровати. Дыхание его, прерывистое, все никак не хотело успокаиваться. Он судорожно оглядывался, пытаясь понять, где находится, и найти источник опасности.
— “Здесь же были Хината и Джуширо…” — растерянно подумал парень, успокаиваясь. — “Это был сон… всего лишь сон…” — он все никак не мог осознать это и сидел на кровати, тупо пялясь в окно, за которым уже рассветало. — “Отличный сон…” — зло подумал парень, встав с постели. Он поморщился от резкой головной боли. — “Приснится же такое…”
***
Утром Хинату разбудили довольно бесцеремонно. Ханаби принесла ей завтрак, и, как только она съела все содержимое тарелки, ее сразу же повели в ванную. Там брюнетку очень тщательно отмыла их молодая юркая служанка, а затем, обтерев все ее тело теплыми полотенцами, потерла на кожу немного ароматического масла. Когда они наконец вернулись в комнату, там уже сидела ее сестра вместе с портной. Хината краем глаза успела глянуть на два кимоно, что бережно повесили на дверцы платяного шкафа, прежде чем служанка усадила девушка на пуфик перед зеркалом.
С прической они мучились долго: младшая из сестер несколько раз отметала варианты причесок, которые довольно быстро сооружала девушка, и, в конце-концов, одобрила лишь пятый вариант, дав старшей наконец спокойно выдохнуть. Но недолго она радовалась: как только с волосами было покончено, настало время свадебного наряда.
Кимоно было тяжеловатым для теплого летнего дня, но особого выбора у нее не было. Особенно неудобным было красивый красный оби*, расшитый золотыми нитями. Его завязали особенно туго, из-за чего Хьюга почувствовала себя малоподвижной куколкой. Она и раньше носила кимоно на всякого рода мероприятия, только вот, то было лишь цветочками рядом с традиционным свадебным одеянием. Девушке дали веер, который она спрятала в оби, а затем, вновь посадили перед зеркалом. Сестра принесла последнюю часть ее образа: канзаши** и головной убор. Когда все это добро оказалось на ее голове, Хинате помогли осторожно подняться и подвели к зеркалу. Ханаби несколько минут придирчиво оглядывала ее, а потом довольно кивнула.
— Ты прекрасна, не-сан! — проговорила она, подойдя к ней.
— Спасибо, — выдохнула старшая Хьюга. Ей казалось, что прошла целая вечность, а на самом деле приготовления заняли чуть больше четырех часов.
— Я пойду, позову то-сана. — улыбнувшись ей, младшая убежала из комнаты. Хината усмехнулась. Кажется, ее сестра радуется этой свадьбе намного больше, чем она сама.
— Оставьте нас одних, — девушка вздрогнула, услышав властный голос отца. Она успела уйти в себя, размышляя об этом дне, так что даже не заметила того, как он вошел. — Хината, прекрасно выглядишь, — проговорил Хиаши, подойдя к своей дочери.
— То-сан, благодарю, — девушка согнулась в неком подобии поклона.
— Я хотел бы пожелать тебе и твоему жениху счастья. Знаю, ты все еще не можешь привыкнуть к нему, но теперь, когда вы станете семьей, все изменится, — она поддакнула его словам. — Саске — сильный шиноби и сможет позаботиться о тебе. Надеюсь, ты будешь ему хорошей женой и не посрамишь честь нашего Клана, — строго проговорил мужчина.
— Конечно, то-сан. Я выполню свой долг, — кивнула брюнетка.
— Что же, отлично, — он предложил ей свою руку. — Идем, нас ждут.
То, что происходило дальше, девушка помнила очень смутно, очнувшись лишь тогда, когда они уже пересекали ворота Храма Огня. Самогендзюцу, что она наложила на себя, спало под воздействием барьера храма. То было старым обычаем, чтобы людей не заставляли давать ложные клятвы.