Волшебница проследовала за своим возлюбленным в бесчувственном оцепенении. Когда все трое добрались до берега мелководной речушки и ступили на борт ладьи, она даже не удивилась, как такая большая лодка могла плыть по мелководью. Не удивили ее и необычные гребцы — козлоногие рогатые существа, громадные гусеницы-сороконожки и другие невиданные на Ремидее создания. Она молча стояла там, где Кэрдан оставил ее стоять, отпустив ее руку. Без мыслей и без чувств Эйтана смотрела на горизонт вниз по течению речки. Туда, где мелководная речка Буна впадала в огромное, широкое и глубокое русло обновленной Иртел.
Через пять дней поисковая группа, возглавляемая Керфом Брогаром, обнаружила труп Эйтаны в устье Буны. Волшебница лежала на крошечном островке, покрытым мхом. У нее было перерезано горло, но на теле и вокруг раны не было ни пятнышка засохшей крови. Будто кто-то или что-то выпило кровь женщины. Ираис они так и не обнаружили. Фея исчезла бесследно.
Риниэль и Кайсал сбились со счету, сколько дней они блуждали по Морехскому лесу. Они никак не могли выйти на открытую местность, за пределы леса. Да и не слишком-то стремились, хоть и старались продвигаться на юг. В лесу они были под защитой Тала. Бог укрывал их от Айлена, людей, магов. Но они не могут таиться вечно. Им нужно куда-то идти. Риниэль — в Элезеум. Кайсалу — в большой город, где никто не знает, что он — сын феи, где он сможет затеряться среди десятков тысяч людей. Но пока они лишь блуждали по морехской чаще, не в силах выбраться из нее.
Тал говорил, что его власть распространяется лишь на часть леса. И он бессилен помочь детям найти выход к людям. Подчас Кайсал сомневался в том. Ему казалось, что загадочный бог не хочет отпускать их. Точнее, Риниэль. Кайсал ему к бесам не сдался. Если бы они разделились, Кайсал смог бы уйти. Но выживет ли он без Риниэль, без помощи Тала?
Кайсал никак не мог поверить, что Тал — бог. Не таким представлялся бог мальчику. Ходит как он, выглядит… почти как он. Несколько странно. Странная одежда, странная походка. Странная речь. Но во всем остальном — ничего божественного.
Когда они втроем подходили к сотам, то Тал не совершал никаких чудес, отгоняя пчел. Просто, когда они приближались, пчелы роились в нескольких метрах и не обращали внимания, пока Рини и Кай наполняли медом самодельные туески из древесной коры. Он показывал им грибницы опят и других ранних грибов. Риниэль варила грибную похлебку и отдавала почти все Каю, сама довольствовалась бульоном с парой кусочков грибов. Иногда похлебку варили из незрелых лесных орехов и желудей. Кай постоянно чувствовал голод. Организм подростка требовал больше сытной еды.
С дозволения Тала мальчик стал искать птичьи яйца. Тал предупредил, чтобы он не трогал птиц и птенцов, не разорял гнезда и всегда оставлял в гнезде хотя бы одно яйцо нетронутым. Риниэль не протестовала, понимая, что другу нужно питаться. Но и помогать она не могла — фея не могла быть причастной к убийству прямо или косвенно. А зоркие глаза феи очень пригодились бы ему в поиске птичьих гнезд.
Огромный, раскидистый вяз тянул корявые ветви к небу. На таком дереве обязательно должно быть гнездо. Кай ухватился за сучья и полез наверх. Ему и впрямь попалось сойкино гнездо — даже высоко лезть не пришлось. Сойка как раз высиживала яйца. Кайсал попытался прогнать ее. Сойка не испугалась и не улетела сразу. Она хрипло прокричала и забила крыльями, прогоняя незваного гостя. Кай исхитрился толкнуть ее в бок и согнать с гнезда.
Он собрал яйца в ладошку, оставил одно, как велел Тал. Затем занес руку над ртом и раздавил яйца, одно за другим. Липкий желток стек на язык, он проглотил его, облизал пальцы. Сойка истошно кричала. Кайсал почувствовал сытость. Теперь ему хватало совсем немного для насыщения. Не то что раньше, в роскошных застольях Айлена.
Мальчик начал спускаться вниз. Сытое блаженство растеклось по телу. Такое редкое ощущение в последние недели… Кайсал предвкушал, как вернется к месту их с Риниэль ночлега, развалится на уютной лежанке, которую дети соорудили, и несколько часов будет свободен от мучительной, навязчивой необходимости искать пропитание…
Он ступил на толстый сук, торчащий из ствола у самой земли. Второй ногой ступил на землю. И почувствовал, как что-то холодное и скользкое коснулось щиколотки. В следующее мгновение Кайсал услышал тихое шипение, почувствовал, словно его что-то слегка ущипнуло. Он опустил глаза вниз… Открыл рот, чтобы закричать. И не смог издать ни звука, ни пошевелить пальцем. Тело рухнуло на землю, словно куль. Маленькая черная змея с красными точками по бокам отползла от мальчика и скрылась под корнями дерева. Змея буари — самая ядовитая из всех пресмыкающихся обитателей Морехи. Кайсала охватил паралич. Он пытался позвать Риниэль, но ни звука не вылетело из глотки. Его ждало несколько часов оцепенения, прежде чем сознание полностью угаснет и сердце остановится.
