– Потому что мы не имели права навредить вам, смертным, лишним знанием. Наши матери знали, что делали. Церковная Инквизиция и маги безжалостно истребляли любые следы знаний о прошлом. Если бы вы проговорились, инквизиторы уничтожили бы вас за ересь.
– А почему ты заговорила об этом сейчас?
– Потому что теперь нечего скрывать. Ты своими глазами увидел Тала. И наверно, не ты один. Он начнет показываться и другим людям. И не только он. Он говорил о братишках и сестренках. Они тоже начали пробуждаться. Что-то произошло под землей, что разбудило их.
– Какие они, Рини? Что они будут делать с нами?
– Не знаю, Кай… Я пробыла в Элезеуме всего три человеческих года… Мне открывались его истины и истины смертного мира… Элезеум бесконечен. Мир конечен, но велик. Огромное количество времени в человеческом исчислении уходит на соприкосновение со всем знанием, со всеми истинами… Я успела постичь сущность элементалей, но не их проявления в смертном мире… Я не знаю, как они ведут себя с людьми…
– Как ты их назвала?!
– Элементали. Духи мест – лесов, гор, рек, озер. Люди называли их богами, а в Элезеуме – элементалями.
– А что еще ты узнала о них?
– Они разделяются на стихии, так же как феи. Лесные и горные духи принадлежат земной стихии. Духи водоемов – водные элементали. Духи ветра – воздушные элементали. Ну а огненные элементали обитают в вулканах и в подземной магме… Возможно, сегодня мы с тобой слышали как раз их песню.
– Рини…
– Что?
– Тебе не кажется, что мы давно должны выйти к Изумрудику?
Девочка развела руками.
– Это же Айлен. Мы можем бродить вокруг часами, прежде чем выйдем к нему. Но все равно выйдем, рано или поздно.
– Лучше бы рано. Есть хочется.
Риниэль рассмеялась.
– Мы же недавно завтракали! И мы в лесу, здесь полно еды!
Она сорвала с дерева лист и принялась жевать его. Кай недовольно посмотрел на нее.
– Я не фея. Я уже проголодался. Я хочу хлеб и сыр.
– Бедненький! Хлеб не растет на деревьях! Этому учат даже в ваших школах!
Солнце клонилось к закату, а они все еще шли по лесу. Кайсал едва плелся. Даже выносливая фея заныла.
– Проклятый Айлен! Наверно, он разозлился на нас из-за Тала! Не может простить, что разговаривали с кем-то, кроме него. Слышишь, старый хрыч?! Ты тупой зануда и маразматик! Верни нас домой! Иначе уйдем и поминай как звали!
Кайсал замер как вкопанный.
– Рини… А если… если мы ушли от Айлена?
– О чем ты?
– Если Тал… ты ведь говоришь, он бог… если он разорвал путы Айлена?.. Если все дороги перестали вести к нему… Если мы просто шли обычной, не зачарованной дорогой… и ушли от него?
– О духи… ведь так и вправду может быть. И что нам тогда делать?!
– Тогда… мы свободны, Рини! Мы можем пойти куда захотим! Мы сами себе хоязева!
Глаза Кая лихорадочно заблестели.
– А остальные? – охладила его пыл девочка. – Что будет с ними, если маги узнают, что чары Айлена больше не действуют?
Кайсал сник.
– О Создатель… то есть… я хотел сказать, о духи! Но что нам тогда делать?! Если мы вернемся, мы ведь никак не поможем им. Мы только окажемся в том же плену, что и они.
– Не окажемся. У нас теперь есть Тал. Он обещал прийти, когда я его позову… и когда тебе станет плохо. Если мы не вернемся, нам всем очень скоро станет плохо…
– А как мы вернемся? Куда нам идти? Мы не знаем, где он, в какой стороне. Нас всегда вели его чары. Если теперь Айлен потерял нас, мы тоже не сможем прийти к нему.
– Бесы… Ты прав…
Риниэль остановилась и уселась на землю возле ближайшего дерева.
– Надо отдохнуть и подумать.
– Я голоден.
– Кай, я не смогу тебе помочь! Здесь нет зерен, чтобы испечь хлеб, и коров, чтобы надоить молока и сбить тебе сыр! И феи не убивают живое. Сделай как я, съешь травинку.
Западную часть Ремидеи не затронули ни Сожжение, ни Потоп. На первый взгляд, жизнь в Атрее, Гвирате, Ларгии, Кромле, непотревоженная, должна течь своим чередом. Но это было не так. Множество наделов остались без хозяев, погибших в столице, и зависели полностью от доброй или недоброй воли управляющих. У банков и торговых компаний были конторы и хранилища в столице. От их благополучия и сохранности зависело процветание региональных представительств.
Известия о северной катастрофе распространялись, предприниматели на местах нанимали магов, чтобы оперативно связаться со своими столичными отделениями – и отделениями конкурентов. Новости бурно циркулировали в предпринимательской среде. Многим компаниям пришлось объявить себя банкротами. И конечно же, горе, стенания и траур постигли тысячи семейств аристократов и простолюдин.
