— Света, они хотят пять миллионов, а у меня нет. Надо все продавать. На это уйдёт время, а Игорёк в руках бандитов! Света, мне так страшно, так страшно!
— Сонечка, ты же не паникуешь?! Держись!
— Света, у тебя нет денег?
— Ох, Соня, ты же знаешь… Прости!
Конечно, Соня знала! Света была просто нищей женой богатого мужа.
— Знаю, Свет, не извиняйся. Я найду деньги. Мне один человек предложил. Только он совсем чужой человек… Как бы не влипнуть!
— Соня, ребёнок — это самое главное! Соня, бери деньги, где дают, даже если надо душу заложить.
— Да, ты права, ты права! Света, а ведь меня Бог наказал…
Соня призналась, как обидела Маловичко в то время, как его дочь нуждается в скорейшей помощи. В ответ услышала, как на том конце провода раздался тихий щелчок зажигалки:
— Как бывает…
— Если с Игорьком всё обойдётся, — решительно прервала её Соня. — Я найду, где взять деньги и для Насти Маловичко. Клянусь тебе!
— Ты только не нервничай! Всё будет хорошо, и ты поступишь правильно!
— Спасибо тебе.
— Ой, да за что?!
Соня хотела ответить, но почувствовала в горле ком, и смогла только попрощаться:
— Пока!
— Позвони мне, когда всё решится, — попросила её Света.
— Угу…
Соня бросила трубку, в попытке успокоить нервы быстрым шагом нарезала пару кругов по гостиной. Следом набрала номер Мамедова.
— Василий Казбекович, это Соня Бочкарева. Я решила принять ваше предложение.
…Мамедов приехал буквально через двадцать минут. В руках он держал чемоданчик с деньгами — видно, подготовился заранее. Соню это насторожило.
— Я подумал, что вам денег за вечер не собрать. Знаю я этот, простите уж, но провинциальный взгляд на вещи. Особенно в нашей с вами сфере, среди торгашей. Поэтому сразу заехал в банк по дороге от вашего дома. Пришлось немного поскандалить с управляющим и покачать свои права, но денежки я выбил.
— Теперь надо ждать звонка. Антонина Васильевна сказала, что бандиты перезвонят в девять вечера.
— Сейчас восемь. Мне остаться?
Только тут Соня поняла, что дальше станет ещё труднее. Ведь придётся куда-то ехать, вести переговоры с похитителями. Ещё надо, чтобы они не обманули её и вернули Игорька. А если что-нибудь пойдёт не так, как намечалось? Господи, это же не разборки с нечестным поставщиком, это жизнь её сына!
— Останьтесь, пожалуйста.
— А ваш муж?
— Нет мужа.
— Тогда, может, чаю дадите?
Соня сама приготовила гостю чай, намазала маслом поджаренный хлеб, порезала сыр и колбасу. Предложить Мамедову простецкий борщ не решилась, хоть сама и проголодалась. Обычно в это время Соня приступала к сытному обеду, что и погубило давным-давно её девичью талию.
Они уселись на кухне. Мамедов предложил позвать на чай няню.
— Ей, наверное, тяжело одной сидеть.
Антонина Васильевна, тихо всхлипывавшая в своей комнатке, предложение приняла.
Разговор шёл о похитителях, конечно. Хозяйка все больше молчала, няня соглашалась буквально со всеми предположениями, которые выдвигались Мамедовым. А он рассуждал вполне оптимистически, но без эйфории. Похоже, он знал людей, для которых киднеппинг — лишь привычный способ заработать на жизнь.
— В таких случаях многое зависит от личных качеств похитителей. Кажется, что очень просто содрать деньги с родителей за любимое чадо. Только если родители артачатся, не все могут пойти на крайние меры. Я знаю случай, когда одному мужику вернули дочь целой и невредимой после того, как он не смог заплатить выкуп. Бандиты просто не решились убить ребёнка. Так бывает. Между прочим, ваш негодяй — местный. Вы его даже знать можете. Он-то вас точно знает, Софья Михайловна. Вы курите?..
Соня поняла, что Вася приглашает её выйти — чтобы няня не слышала их разговор.
— Вообще-то я не курю, но когда волнуюсь, хочется!
Они вышли на балкон. Мамедов закурил и сказал, понизив голос:
— Я тут поспрашивал… Дело намного серьёзнее, чем мы думали.
— Господи, что такое?
— Оказывается, деятель этот уже не в первый раз бабки на таких делах косит. Помните, может, семью Колесниченко? Я их не знаю, но говорят, не последние люди здесь были.
— Да, помню таких. Он — строительной фирмой заведовал, а она в налоговой работала. Уехали отсюда пару лет назад.
— У них дочь похитили. Родители заплатили, девочку вернули, а через полгода — опять! И так — три раза! Какие нервы это выдержат?
— Вот почему они уехали!
— Да.
Он облокотился на парапет балкона, и Соня почувствовала вдруг, что рядом с ней стоит мужчина. Сильный, молодой, здоровый, готовый помочь. Такое в её жизни произошло впервые.
— Что же теперь делать?
— Разобраться с негодяем. Иначе жизни не будет.
Мамедов произнёс эти слова спокойно и деловито.
— Что значит «разобраться»?
— Софья Михайловна, я предлагаю вам помощь. Вы уже поняли, что я, отчасти, искатель приключений, к тому же — человек здесь случайный. Я сделаю так, что этот умник больше не будет беспокоить людей.
— Вы, что же, убьёте его?
— Зачем зря грех на душу брать? Слишком опасно: найдут труп, начнут проверять, выйдут на вас, потом — на меня. Посадят в тюрьму, и моя сладкая жизнь — коту под хвост! Нет, не хочу я этого.
— Тогда как?
