Я чувствую запах сигарет, исходящий из его рта. Тошнота поднимается где-то в груди, а в моей цепочке бесконечной силы и храбрости выходит из-под контроля самый первый ее элемент.
Страх.
Почему перед глазами начинает так предательски темнеть? Я глупо моргаю, запоздало ощущая глухую боль в затылке. Холодок вместе с онемением пробегает по спине, когда понимаю, что это такое. Каждый приступ начинается одинаково.
Нет, только не сейчас. Когда угодно, но только не сейчас…
– Ты что,
И в этот момент у меня просто срывает планку.
Нейтан подлез слишком близко. И дело не только в том, насколько мало расстояние между нашими лицами. О, это меньшее из всех зол, потому что этот самодовольный выродок разрушил мою защиту, попав пальцем в небо.
Глотаю ртом воздух, и самое опасное звено моей цепочки взрывается в груди, превращаясь в ничем не контролируемую ярость. Я настолько молниеносно вскидываю руку для удара, что сама испуганно вскрикиваю, когда со всей силы даю Нейтану звонкую пощечину. От удара его голова откидывается в сторону, а сам он, пошатнувшись, едва ли удерживает равновесие. Когда парень в растерянности поворачивает голову обратно, я смотрю на него с точно таким же шокированным выражением лица.
Потом диковато улыбаюсь, адреналин помогает мне выдержать еще одну волну темноты. Впервые на моей памяти я так успешно сопротивляюсь подступающему приступу. Кто-то из прихвостней Нейтана возмущенно бормочет пару ласковых и направляется в мою сторону.
Возможно, дело закончилось бы настоящей дракой. Но вдруг на капот спорткара Нейта опускается бутылка с холодной водой. Сильная рука крепко обхватывает мое плечо и заставляет рывком отойти назад. Нейт в еще большем ступоре переводит взгляд за мою спину, и брови его взлетают вверх.
Айден молча волочит меня прочь от компании Нейта, и я, как бы ни упиралась, просто тащусь за ним, как собака на поводке. Взвизгнув, я предпринимаю попытку вырваться, но он даже не вздрагивает, продолжая целенаправленное движение к своей машине. Свита Нейтана насмешливо улюлюкает нам вслед, и эту унизительную картину наблюдают все студенты, случайно оказавшиеся на парковке.
– Что ты себе позволяешь?! – рявкаю я.
– Я выполняю свои обязанности.
Прежде чем я успеваю выпалить еще одну гневную тираду, боль взрывается где-то в затылке. Новая волна темноты заставляет меня споткнуться, и я даже не помню момента, когда оказываюсь перекинута через плечо Айдена. Десятки пар глаз прикованы к происходящему.
Телохранитель легко спускает меня со своего плеча на руки, но только для того, чтобы усадить в салон машины. Он умудряется ловко пристегнуть меня ремнем безопасности и, пока я пытаюсь его отстегнуть, уже закрывает дверь.
Айден заводит двигатель, мы выезжаем с парковочного места. Я скидываю с себя треклятый пиджак, кидаю взгляд в тонированное окно машины и замечаю, как студенты провожают серую BMW удивленными взглядами. Жгучий стыд захлестывает меня, я краснею до кончиков ушей. Сколько людей видели эту ужасную картину?.. Наверняка кто-то успел снять все на телефон…
Последняя волна темноты погружает меня в спасительную темноту. Не знаю, сколько длился обморок – когда я открываю глаза, городские улицы за окнами машины уже ничем не напоминают район университета.
– Ненавижу, – шепотом выдыхаю я, а потом вяло ударяю ногой водительское сиденье.
Но спокойствие и отрешенность Айдена не пробивается, видимо, ничем. Он кидает взгляд на зеркало заднего вида и произносит:
– Я обязан предотвращать все опасные ситуации. В том числе связанные с твоим девиантным поведением. Я и так позволял тебе больше, чем должен был.
– Девиантное поведение?! Эти уроды издеваются над моим лучшим другом! И не только над ним…
Его голос ровен, но впервые звучит напряженно:
– Мне все равно, кто прав, а кто виноват. Я делаю то, что должен.
Сажусь ровно, срываю защелку ремня безопасности – как единственный жалкий протест.
– Ты телохранителем нанимался, а не воспитателем! – выплевываю я с презрением.
Айден резко тормозит на светофоре. От внезапной остановки я съезжаю немного вперед, и в момент, когда мужчина поворачивает ко мне голову, оказываюсь ближе, чем должна быть. В его непроницаемых глазах застывает серьезное и мрачное выражение.
– Вот именно, – медленно произносит Айден. – Поэтому не вынуждай меня становиться нянькой злобного ребенка, который не контролирует свой гонор из-за собственного страха. И, будь добра, пристегни ремень безопасности.
В груди селится ледяное, колючее ощущение. Оно разрастается и комом застревает в горле. Не знаю, подозревает ли Айден о том, насколько сильно уязвили меня его слова. Он поворачивает голову обратно, смотрит на дорогу и даже после зеленого сигнала светофора не двигается с места. Сзади начинают настойчиво сигналить.
Я с такой силой загоняю язычок ремня безопасности в защелку, что оно надрывно хрустит. Только после этого Айден плавно нажимает на газ.
– Ты пожалеешь, что взялся за эту работу, – едва слышно клянусь я.
