Созвездие неудачи полностью

Они сидели кружком возле «идеальной имитации походного костра Шмель-4», распространявшего, в полном соответствии с рекламой, бодрый треск и живое тепло настоящего пламени. А также – чем дальше, тем отчетливее – аппетитный аромат жареной рыбы. Предусмотрительный бортмех притащил из охладителя упаковку ледяного «Эйрики-9», и фоном беседе служило ленивое «плюх-пшшш» мелкой соленой волны.

- Звонил поверенный из Регенсбурга, - сказал Руди, когда невнятные восклицания, крепкие объятия и осторожные похлопывания завершились. – Волков забрал артефакт.

- Советник исполнил все, что обещал, - прогудел Сайнжа. – Работал курьером, а я не отходил от него ни на шаг. Сначала отвез Йхо-онхе на лечение. Потом забрал Инх'хриид с Хатанги, как мы условились. Освободил ее. Хотел привезти сюда. Но когда Инх'хриид узнала о нашей сделке с Волковым, у нее случился нервный срыв. Она боялась Волкова, боялась меня, даже пыталась сбежать. К тому же во время заключения с ней скверно обращались… тот, на Хатанге, который покончил с собой. Она нуждалась в лечении, так же, как Йхо'онхе. Я оставил ее в клинике на Кестагане, под присмотром ее друга.

- Лекс! – воскликнула Джет. – Что с ним?

- Порядок. Отсидел пару недель в специзоляторе УФБ, отрастил бороду. Пытался дать в морду советнику, когда тот его освобождал. Потом мы вдвоем вернулись на Калхиду, дождались там излечения Йхо'онхе, прыгнули на Шайлар.

- Н-да, - пробормотал Руди. – По крайней мере, этот Волков умеет держать слово. Как полагаете, что он сделает с диском? Кстати, Йонге! Знаешь, что было на треклятой болванке?

- В курсе, Сайнжа рассказал, - криво ухмыльнулся капитан «Фелиции». – Что делать… а что с ним можно сделать? Как любая бомба, это штука одноразовая – ценна, пока не сработает. Можно, например, продать… не знаю… каким-нибудь сепаратистам за очень большие деньги. Но это вряд ли. Слишком мелко. Можно представить как трофей Ассамблее Фузии, расписав в ярких красках, каким опасностям господин второй советник подвергался в процессе охоты за артефактом и от каких опасностей избавил Фузианский Союз – и стать в итоге Первым Советником… или даже Самым Первым. Можно шантажировать кого-нибудь, добиваясь чего-нибудь. В любом случае, свой приз господин Волков получил, и будет об этом.

- Давай заложим его адмиралу Хармати! – кровожадно предложил Рудольф.

- Интересная мысль, - хмыкнул Йонге. – Нет, в самом деле, надо подумать. Вот Ингрид меня теперь возненавидит – это точно.

- А может, и нет, - возразила Джет. – Как-никак, ты ее от безопеки спас.

- От безопеки спас. А высокую миссию - провалил…

– …отцовское инкогнито не соблюл, - в тон продолжил бортмех. Йонге, старательно отворачиваясь от Джет, скорчил ему жуткую гримасу. – Ja-a, так уж вышло, нечего на меня таращиться. Здешние бюрократы настояли на генетической экспертизе, экспертиза со всей уверенностью подтвердила. С чем тебя и поздравляю. Кэп, серьезно, у тебя шикарная дочка. Хладнокровная, как ИскИн. Умная, как… как два ИскИна. С игольником управляется – залюбуешься! И очень, очень любит своего Fater. Во всяком случае, когда ей предложили выбрать между парой-тройкой уничтоженных звездных систем и жизнью одного-единственного неудачника, она таки выбрала ту самую трижды никчемную жизнь. Почти без колебаний, заметь.

Йонге уже успел свыкнуться с образом нервной Джет, замкнутой Джет и даже разъяренной Джет. А вот такую Джет – Джет, донельзя смущенную – он увидел впервые.

Солнце зашло, рыба была съедена, пиво выпито, а разговоры сделались привычно расслабленными, и Джет, коротко всхлипнув, вдруг сказала - без всякой связи с предыдущей фразой:

- Ничего он с ним не сделает.

- Кто - с кем? – не понял Йонге.

- Тот мужик, Волков. С диском. Я туда паразитную программку подсадила, и под ключ. Диск выдержит одно воспроизведение. Прописью: одно, точка. Потом все форматирует нафиг.

- Когда ж ты успела?! – восхищенно охнул Рудольф.

- Пока везли раненого папашку в Регенсбург. Полчаса лету. Уйма времени, если умеешь.

- Он же взбесится, - пробормотал бортмех. – Отомстит. Слово-то у него твердое, но, чую, и память злая.

- Не докажет, - беспечно отмахнулась Джет. – И вообще, вы его Хармати заложить собирались. Вот и заложИте. Она кто такая, эта Хармати? Адмирал чего?

Йонге страдальчески замычал.

- Друзья мои, - проникновенно сказал он, оглядев всю троицу. – Я больше не выдержу ужасных тайн и страшных секретов. Умоляю, если у кого какие камни есть за пазухой – выкладывайте сейчас, засранцы, не томите. Сайнжа, начнем с тебя. Я еще на Калхиде заметил, что ты на меня как-то странно косишься. Что тебя смущает? Повелеваю отвечать.

- Есть один вопрос, - затянул яут. – Когда я прыгал с обрыва вслед за юным матриархом, я услышал твой крик. Скажи, Йхо-онхе, ты вправду ненавидишь срать?

Йонге захохотал так, что рыбья молодь веером брызнула из-под ближайших камней. К нему присоединилась Джет.