И вновь вокруг Фимы была темнота. Но это была уже не та глухая и непроглядная темень, которая досаждала троим пленникам раньше. Теперь девушка могла видеть и пусть с трудом, но различала окружавшие ее предметы. Выбор их был невелик. Кирпичная кладка стены. Бетонный пол, на котором она лежала. И сломанные полки с домашней консервацией, которые она сшибла, грохнувшись в этот погреб. Было ясно, что кто-то забыл или специально оставил дверь погреба открытой, лишь прикрыв ее сверху ковриком. И, дернувшись к ожидавшей ее свободе, Фиму угораздило наступить именно на эту дыру и грохнуться сквозь нее вниз.
Вспомнив все, что предшествовало ее падению, Фима издала слабый стон. Никто не откликнулся.
– Эй! Вы там? Вы меня слышите?
Ответа не последовало и сейчас.
– Вы что, меня тут бросили?
Тишина подтвердила догадку Фимы. Осознавать это было очень обидно. Но еще обидней было барахтаться среди разливов старого маринада, рискуя порезаться об осколки кокнутых ею же трехлитровых банок. Отпихнув от себя подальше мятые помидоры и вполне себе бодрые огурцы, Фима расчистила местечко и попыталась подняться. Над ней зиял лаз, к нему вела лестница, и ничего не мешало подняться по ступенькам наверх. Именно так Фима и поступила.
Очутившись наверху, она с удивлением обнаружила, что давно рассвело. И солнце даже поднялось над верхушками деревьев. А ведь когда Светлана явилась, чтобы спасти их, ночь еще только отступала.
– Сколько же я провалялась без сознания? Сейчас часов десять, а то и больше.
К сожалению, проверить это у Фимы не было никакой возможности. У настенных часов давно кончился завод. А наручных у Фимы не имелось. Ее сумочка и смартфон остались где-то в руках Простакова.
– Простаков!
Вспомнив о своем враге, Фима скрипнула зубами.
– Ну, попадись он мне!
Нужно было выбираться. Голова кружилась, но, к счастью, не очень сильно. Ноги и руки тоже были целы. Иногда тело пронизывала боль в пояснице, но с этим можно было мириться.
– Повезло, что позвоночник не сломала. Двигаться могу. И вообще… Что ни делается, все к лучшему.
Единственное, чего не могла понять Фима, почему ее бросили в погребе одну.
– Они же не могли не заметить, что меня с ними нет? В самом-то деле, не могли!
В исчезновении ее знакомых было что-то непонятное. И сколько ни уговаривала себя Фима, что они просто удрали от нее, памятуя о том, что она подружка следователя, а Игорь и Анна Сергеевна все еще находятся в разряде подозреваемых, поверить в это у нее не получалось.
– Ладно Игорь, с него и взятки гладки. Но Анна Сергеевна, мы с ней хорошо знакомы. Мой брат учится в ее классе. Неужели ей все равно, что со мной случилось? Или они решили, что я умерла, и не захотели связываться с трупом? Обрадовались свободе и удрали. Но могли бы хоть пульс у меня проверить для очистки совести!
Рассуждая таким образом, Фима ковыляла по дороге и чутко прислушивалась, не раздастся ли где-нибудь звук машин. Их рокот она услышала одновременно с появившимся из-за поворота автомобилем. Фима подняла руку, желая его остановить, и тот затормозил. Оконное стекло опустилось, и на Фиму глянуло улыбающееся лицо Светланы.
– А я за тобой, потеряшка ты наша!
– Очень вовремя, – ехидно отреагировала Фима.
У нее от быстрой ходьбы сильно разболелась спина, и потому девушка была не в духе.
– Ты нас прости. Но мы с ребятами были все это время в таком шоке, что только сейчас сообразили, что тебя нет с нами. Поехали!
Фима стояла и дулась.
– Ну не обижайся! – взмолилась Светлана. – Все-таки мы не каждый день в такие переделки попадаем. Пока ребята мне рассказали, что с вами случилось, пока мы все обсудили, голова набекрень. Потом Игорь и говорит: «А где девочка?» Только тут мы и спохватились, что с нами была еще и ты.
Значит, все-таки это Игорь о ней вспомнил. Досадно. Ведь сама Фима делала ставку на Анну Сергеевну.
– Ладно, поехали.
И только сев в машину, Фима спохватилась, что не спросила, куда они едут.
– Ко мне домой и поедем. Твои вещи там. Заберешь смартфон, сумку, что там у тебя еще было?
– Ты не могла бы дать мне телефон? Позвонить надо.
– Не могу, извини. Дома забыла.
Фима помолчала в задумчивости.
– Света, а как ты нас сегодня нашла?
– Вот чудачка! Я вас и не искала! Я сразу знала, где этот гаденыш вас спрятал.
– Но откуда?
– Я же сразу за вами поехала.
– Зачем?
– Как тебе объяснить… Очень уж мне не понравилось, с каким энтузиазмом Простаков взялся вас опекать. Я его знаю довольно давно, он редко делает что-то для других. Не такая у него натура. Вот я и подумала, что в его стремлении укрыть Аню и Игоря есть что-то неправильное.
– И вас не остановили полицейские? Усадьба же была ими окружена со всех сторон.
– Ну, окружена – это сильно сказано, – усмехнулась Светлана. – За домом велось наблюдение. Два-три человека, от силы четыре. Больше мои собачки не нашли. А ты поверь, было бы больше, показали бы больше.
