Они нашли своего вождя вместе с Ариадной и Таксакисом у небольшого костерка перед его палаткой. Над пламенем висел на железной треноге котелок, и в воздухе витал восхитительный аромат. У Карбона заурчало в животе. Он не ел с утра. «Забудь об этом. Успеешь еще поесть».
Увидев их, Спартак улыбнулся:
— Вы очень вовремя. Тушеное мясо уже готово.
— Мы принести важные новости, — начал Атей.
— Но они могут подождать, не так ли?
— Я… — попытался возразить Карбон.
— Когда ты ел в последний раз? — перебил его Спартак.
— На рассвете, — признался Карбон.
— Значит, у тебя живот уже к хребту прилип, — сказала Ариадна. — Идите сюда. Садитесь.
Пожав плечами, Атей сел напротив Спартака. Все еще снедаемый беспокойством, но замолчавший по настоянию вождя, Карбон устроился рядом. Им вручили ложки, миски с горячей едой и куски лепешки, и воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком работающих челюстей и одобрительным ворчанием.
Ариадна пристально наблюдала за Атеем и Карбоном и изо всех сил старалась не поддаваться беспокойству. По лицу юноши она сразу поняла, что новости плохие. А вот лицо Атея было менее выразительным, зато его выдавали напряженные плечи. Ариадне захотелось встряхнуть Спартака и сказать, чтобы он спросил у вернувшихся, что же такое они увидели, а не предлагать им добавку. Хотя, скорее всего, у ее мужа были на то причины.
Когда Карбон и Атей закончили есть, Спартак поднял лежавшую рядом с ним небольшую амфору:
— Вина?
— Да! — радостно рыкнул Атей.
Карбон кивнул. Новости жгли его, но приходилось ждать, пока Спартак велит им говорить. Он покатал вино во рту, невольно наслаждаясь им.
— Так это правда! Они вернулись! — воскликнул Ганник, приближаясь к костру. В двух шагах за ним шел Каст. Лица у обоих были встревоженные. — Какие новости?
Он адресовал вопрос Спартаку, а не Карбону или Атею.
— Я еще не знаю, — последовал ответ.
— Что? — рявкнул Каст. — Почему это?
— Посмотри на них. Они в грязи. Уставшие. Не ели двенадцать часов, а то и больше. Я должен прежде всего заботиться о своих людях.
В глазах галлов промелькнуло уважение и даже некоторое благоговение.
— Да, конечно, — пробормотал Каст.
Ариадна чуть не расхохоталась от красоты и простоты этого хода. Спартак изначально знал, что остальные лидеры услышат о возвращении разведчиков и придут за новостями. Несомненно, ему не меньше остальных хотелось это узнать, но это ожидание показывало, что он способен сохранять хладнокровие в напряженной обстановке. Он не боится будущего. Ариадна взглянула на Карбона и увидела, что он тоже раскусил задумку Спартака.
Спартак аккуратно налил вина Касту и Ганнику и заново наполнил чаши Карбона, Атея, Ариадны и свою. Он поднял чашу и подождал, пока остальные не сделают то же самое.
— За одержанные нами победы! За выкованные нами узы товарищества! За Диониса и Великого Всадника!
— Дионис и Великий Всадник!
Все осушили чаши.
— Ну а теперь, — Спартак пристально взглянул на Атея, — рассказывайте обо всем.
Когда скиф начал говорить, все почтительно замолчали. Время от времени Атей бросал взгляд на Карбона, ожидая подтверждения, и это весьма льстило молодому римлянину. Несмотря на акцент и плохую латынь, Атей живо и ярко описал легионы, преграждающие им путь. Закончив, он просто положил руки на колени и стал ждать, что скажет Спартак.
— Итак, сомнений быть не может? — Фракиец приподнял бровь и взглянул на Карбона.
— Нет.
— А что со второй консульской армией? — тут же спросил Ганник.
Атей пожал плечами:
— Мы ее не видеть.
— Возможно, они уже у нас в тылу, — встревоженно проговорил Каст, — и собираются поставить нас между молотом и наковальней.
— Нет. Наши конные разведчики постоянно идут в двадцати милях за основными силами. Да и Таксакис не сидит без дела. Если бы за нами по пятам кто-то шел, нам бы об этом уже доложили. Не знаю, где сейчас находится Геллий, но точно не прямо к югу отсюда. — Спартак снова посмотрел на Карбона. — Каково расстояние от нас до легионов?
— Как сказал Атей. Четыре-пять миль.
Каст выругался.
— Значит, завтра мы с ними встретимся! Так и знал, что нам не добраться до Альп!
— Для нас это всегда было рискованным делом, — с упреком напомнил Спартак. — Нам и так повезло, что мы прошли так далеко без боя. — Фракиец никак не выказал вспыхнувшую в его душе мрачную радость. Всю свою жизнь он мечтал сразиться с консульской армией. Отомстить за смерть брата и заставить Рим умыться кровью. И теперь боги даровали ему такую возможность.
— Так близко — и все же так далеко! — простонал Каст. — До проклятых гор все равно что тысяча миль!
— Спокойно, — вмешался Ганник. — Все не так уж плохо. У нас почти пять человек на каждого римлянина, а эти легионы только что сформированы. Они не испытаны в бою.
— Да, но наши солдаты — не римские граждане, выросшие на историях о войнах и завоеваниях. Не у всех есть кольчуги. Едва у половины имеются пристойные мечи, и еще меньше тех, у кого есть щит. — В голосе Каста звучала отчетливая нотка страха. — Ты действительно думаешь, что они выстоят против легионерской стены щитов?
