Огненные шары взвились ввысь, Вархар выпустил лучи из пальцев. Зальсы ответили синеватыми разрядами. Молнии схлестнулись в воздухе. Раздался взрыв, полыхнуло всеми цветами радуги сразу и на долю секунды стало светло, как в южный полдень. Потолок треснул и начал обваливаться прямо на наши головы. Со всех сторон выстрелили фейерверки песка, строительной пыли и мелких камушков. Сверху пролился тугой луч фонарного света, и Вархар хмыкнул. Вскинул руку вверх, кивнул Оле, и они ударили по камням потолка одновременно. Я думала, нас засыплет окончательно. Зальсы упали на пол и закрыли руками головы. Скандры с мрагулами мгновенно заслонили собой женщин. Но вокруг нас образовался световой шар. Как же я забыла об этом любимом Вархаром способе избежать ударов судьбы! А заодно всех остальных магических ударов и немагических тоже. Пока зальсы спасались из-под обломков, пыхтя и плюясь каменной крошкой, тихо шипели, когда камни все же придавливали что-нибудь жизненно важное, на нас не упало ни единой песчинки. Глыбы отскакивали от светового купола, словно он резиновый, песчаные струйки стекали вниз грязными ручейками.
Шар сомкнулся вокруг и вынес нас на поверхность. Величаво выплыл наружу, встал, немного попрыгал и эффектно растворился в воздухе.
Академический городок мирно спал, окутанный ночью. Только истерично орали коты, фанатично стрекотали насекомые, и скандры с мрагулами из общежития время от времени подавали голоса. Одни ругались, другие радовались, третьи хохотали. Все как обычно, будто и не было ни схватки в катакомбах, ни пленения Ламара, ни всего того, что мы только что пережили…
Зальсы остались под землей. Вархар оглянулся на фонари, будто просил у них помощи, на звезды и выпустил из ладоней световые «сетки». Собрал почти все каменные глыбы и завалил ими дыру в катакомбы.
– Отправь к люку свежих ребят! – приказал он кому-то из братьев Торгури. Как ребята очутились неподалеку настолько вовремя, одному Езенграсу ведомо. Сальфы вытянулись по струнке и метнулись выполнять распоряжения.
А мы, довольные и счастливые, крепко обнимая своих мужчин, отправились в общежитие. Слася висела на шее Ламара, а тот, прихрамывая, прижимал ее посильнее.
Кажется, они наконец-то нашли не только общий язык, но и друг друга. Думаю, ни один другой мужчина рядом со Сласей просто не выжил бы. Только Доктор Шок мог вынести мрагулкины выкрутасы и при этом сохранить здравый рассудок и крепкое здоровье. А если все же получал травмы, то легко залечивал их с помощью собственной энергии жизни. Я не могла не признать – Ламар и Слася идеальная пара. И, похоже, эти двое пришли к такому же замечательному выводу.
Мы с Эйдигером предоставили Олю с Вархаром друг другу, а сами, не сговариваясь, поднялись выше, в комнату братьев Мастгури. Ламара со Сласей тут, понятное дело, не обнаружилось – наверняка они осваивали наше с мрагулкой временное жилище. Проверяли – насколько оно удобно для любовных игр варваров из Академии Войны и Мира, как долго выдерживает в целости и сохранности. Супруги Зарзелази занимались этим ежедневно. По слухам, в их квартире уже почти не осталось целой мебели. Сидели муж с женой на полу, готовила Марделина на последнем целом стальном столике, который муж приволок откуда-то из закромов аннигиляторов. Про то, что шкафы давно покинули скромное жилище страстных скандров, я уже и не говорю. А здесь, в отличие от родной Академии, мебель не входила в список быстро расходуемых материалов. Наряду с канцелярскими товарами и туалетной бумагой, которые Езенграс заказывал каждые три дня. Распылять же и восстанавливать шкафы-тумбочки всякий раз после бурных ссор или страстных примирений воинственных варваров, аннигиляторы оказались не в силах. Слишком много энергии уходило на такие манипуляции.
А тут еще этот напиток, лишающий магии…
Я почти не помню, как мы с Эйдигером очутились в квартире братьев Мастгури. Помню только, что узнала ее по знаменитой установке для электроукалывания. Чудо-агрегат высился неподалеку от окна, и даже птицы облетали его за три метра.
Эйдигер обнял меня, и несколько минут мы не отрывались друг от друга. Целовались, прижимались, зарывались ладонями в волосы, гладили друг друга все более откровенно и бесстыдно. Забыли о том, что недавно вокруг громыхали взрывы, что мы чертовски устали и измотаны, растратили кучу энергии, Эйдигер – на электричество, а я – на магнитное поле. Мы просто жили друг другом, пили страсть из горячих губ, изнывали от прикосновений дрожащих рук и срывали одежду так, словно она шилась не из плотной добротной ткани. В Академии Войны и Мира все делали на совесть. Варваров, студентов, здания и даже наряды.
