Ламар почесал подбородок щипцами, те привычно шваркнули ручками по полу, а Гвенд схватился за челюсть. Как он тут оказался, одному Зору ведомо. Только проректор остановился подальше от нас – на всякий скандровский случай – и выжидал.
– Я тут подумал, – негромко произнес сальф. – А чем плох сплошной металлический куб? Выживание зрителей сто процентов!
– Вот ты, болезный, – покачал головой Ламар. – А как зрители шоу-то увидят?
– Дак по монитору же! – радостно ткнул пальцем в большой экран под потолком Гвенд.
– Разве это шоу? – отмахнулся Ламар. – Вживую интересней…
– Вживую для спортсменов или для зрителей? – не унимался Гвенд.
Эйдигер кивнул в его сторону.
– Смотри-ка! А ты молодец! Уже возражаешь мелкому нашему! Растешь прямо на глазах!
Гвенд на всякий случай сдал немного назад, видимо, не хотел, чтобы скандр ободряюще похлопал его по плечу. Это проректор не раз проходил в Академии внушателей, во время визита Оли с Вархаром.
Ламар решительно помотал головой, Слася поддержала его жест, а Эйдигер констатировал:
– Надо придумать что-то еще.
– Идея есть, – подал голос Гвенд. – Но вряд ли она вам понравится.
Эйдигер покрутил ладонью в воздухе, предлагая сальфу все же попытаться соблазнить нас своей идеей.
– Вывести зрителей из здания. Пусть наблюдают за окнами из ударопрочного стекла, укрепленного магией, – неуверенно предложил Гвенд.
Как ни странно, скандрам идея пришлась по душе. Ламар закивал, изогнув губы так, словно говорил: «Ну надо же! Дело придумал!»
– Хорошая мысль, – поддержал его Эйдигер. – Только надо соорудить там трибуны.
– М-да… а наших лишили магии. Всех, – обреченно вздохнул Гвенд. – Последних повелителей земли и камней «обесточили».
– Ну, положим, не всех, – хмыкнул Ламар, – Но ты позови аннигиляторов. Там со вчера осталась громадная куча булыжников. У входа в катакомбы. Вот если ее испарить…
– Кресла же получатся каменными, – расстроился Гвенд. – Аннигиляторы не могут создать из камня дерево или, например, стекло. Каменное испаряют, каменное создают.
– Спасибо, что напомнил! – проворчал Ламар, явно недовольный непрошеной лекцией капитана Очевидность. – Придется делать каменные трибуны. А какие еще варианты?
Он огляделся вокруг, словно искал – что бы еще испарить. Гвенд проследил за направлением взгляда младшего Мастгури и воскликнул:
– Согласен! Немедленно сообщу Чарму. А то он уже всю голову сломал.
– Голову сломал, говоришь? – оживился Ламар. – Я могу ему помочь!
Гвенд не ответил, потрусил к двери и уже из-за нее крикнул:
– Не надо! Мы сами. Вы не беспокойтесь так. Поберегите магические жизненные силы.
И был таков.
– Ну-у-у! Одну проблему решили. Пошли тогда попытаемся помочь Вархару с ядрами, что ли? – обратился ко мне Эйдигер. Я поддакнула. – А ты, малой, оставайся, следи за приготовлениями, – бросил старший Мастгури Ламару.
«Малой» взял под козырек, а Слася восторженно попрощалась со мной, не скрывая радости от того, что останется с «электрошокером» наедине. Аспирантов сладкая парочка, похоже, за свидетелей не считала.
Если честно, я не представляла другой спутницы для любителя шоковой психотерапии. В отличие от Эйдигера с Вархаром я ни разу не видела Ламара серьезным или хоть сколько-нибудь озабоченным. Этот скандр всегда лучился оптимизмом, за исключением тех случаев, когда Слася роняла на него свой похищенный котами спортинвентарь. Мрагулка не унывала тоже. И хотя пара их выглядела скорее комично, чем романтично, я видела, как эти двое смотрят друг на друга. Даже странно, почему они не сошлись значительно раньше?
Два неунывающих балагура, которым море по колено, океан – по пояс, способные любые житейские проблемы и неурядицы воспринимать с чувством юмора… Они просто родились, чтобы стать прекрасной семьей. И Эйдигер, похоже, разглядел это намного раньше, чем все остальные… Даже раньше самих Сласи с Ламаром.
Из здания водной арены мы устремились на пустыри за корпусами. Здесь, сразу за «переперченной трассой», раскинулось поле, испещренное такими рытвинами, словно по нему прошлось стадо бронтозавров. Сразу стало ясно – наши новобранцы тренировались с ядрами всерьез.
Вархар с Олей шагали медленно, крепко держались за руки, и мне даже жалко стало разрушать их идиллию.
– Ну и что с ядрами? – крикнул в спину соратнику Эйдигер.
Вархар притормозил, развернулся вместе с Олей и парировал:
– А что с фигурным плаванием?
– Выход найден! – бодро отчеканил Эйдигер. – А у вас что?
– Пока без вариантов, – поделился Вархар. – Я предлагал Оленьке вчерашние булыганы. Ну те, из катакомб. Но жена уверена, что не все сальфы смогут их поднять. Мячи, заразы, отскакивают от деревьев и зданий.
– Значит, мячей не осталось тоже? – хитро прищурился Эйдигер.
– Именно, – согласился Вархар. – Но без соревнований по метанию ядра я не уеду!
– Какие у нас еще варианты? Аннигиляторы могут сварганить новые ядра?
– Уже спрашивали, – отмахнулся Вархар. – У них якобы металла такого нет. Сплав там использовался особый. Да и вообще металла тут мало. Если только из здания выковыривать всякие там дверные ручки, крючки и прочее. Опять же крышу снять…
