Клейдемос выронил свиток. Слезы текли по его лицу. Он побежал в комнату родителей, открыл огромный кипарисовый сундук и извлек доспехи и щит Клеоменидов. Он пошел к могиле Исмены и возложил на каменную плиту великолепные доспехи: поножи с прекрасной чеканкой, шлем с тройным черным гребнем и щит с изображением дракона. Клейдемос опустился на колени и приложил голову к холодному камню. В последний раз он провел рукой по щиту, в котором спал еще младенцем, и внутри которого лежали кости брата. Затем Клейдемос ринулся в сторону горы Тайгет и исчез в тумане.
И тогда из недр горы поднялся гул, и земля содрогнулась до самых глубин Тартара. Массивные стены дома Клеоменидов пошатнулись, угловые камни треснули, и древнее здание рухнуло на фундамент с оглушительным грохотом.
Клейдемос миновал поляну с раскидистым дубом и через заросли кустарника пробрался к основанию холма. Там, у небольшого костра из хвороста, сидел Карас. Его фигура, закутанная в плащ, казалась неподвижной, как каменная глыба.
– Я ждал тебя, – сказал он и встал, – пойдем.
Он отодвинул в сторону камни, которые загораживали вход, заросший мхом и папоротником. Никто не трогал эти камни с тех пор, как их в последний раз касался Критолаос в тот дождливый вечер много лет тому назад.
Карас взял факел, обмотанный паклей, и зажег его. Он пошел первым, а Клейдемос последовал за ним. Закрепив факел на стене пещеры, Карас поднял крышку огромного сундука. В полутьме засверкали великолепные доспехи. Клейдемос с изумлением смотрел на них, не осмеливаясь пошевельнуться. Карас вынул латы с тремя крупными пластинами, бронзовый щит с серебряным украшением и изображением волчьей головы, а также шлем, увенчанный волчьими клыками. Когда Карас потянулся к мечу, Клейдемос пошатнулся, охваченный внезапной дрожью. Великан снял со стены факел и поднес к мечу. Жир, которым было покрыто оружие, вспыхнул, а за ним загорелся и сам меч. Когда пламя погасло, на раскаленном металле еще мерцало голубое сияние.
Карас склонил голову и прошептал:
