Герхард продолжал улыбаться, хотя глаза его превратились в ледышки. Неожиданно Кристину словно парализовало.
– Ей уже четыре года.
– Амели несколько задержалась в развитии. – Герхард осуждающе взглянул на жену. – Как там вы говорите: слабоумная? отсталая?
Кристина подалась вперед – львица, защищающая своего детеныша.
– У Амели проблемы со слухом, вот и все. Она умненькая – правда умненькая, и говорит очень смешно. – Она с мольбой взглянула на Рейчел, ища понимания.
– Она разговаривает? – поинтересовался доктор Крамер.
– С помощью рук – и довольно хорошо для маленького ребенка, – похвасталась Кристина.
– Кривляется, как обезьяна, – передернул плечами Герхард. – Кристина убедила себя, что этот ребенок похож на человека.
– Она и есть…
– Довольно! – осадил Герхард жену. – Мы отправим ее на лечение. – Он говорил об этом как о чем-то давным-давно решенном. – Как вам известно, доктор Крамер, в последнее время была проведена масса исследований по этой теме. Об Амели будут заботиться, и она больше не будет пить соки из Кристины.
– Она не пьет из меня соки! – даже привстав от возмущения, воскликнула Кристина, хотя темные круги у нее под глазами свидетельствовали об обратном. – Я люблю свою дочь. Ей необходимо только одно – наша любовь. – Казалось, что в присутствии Рейчел Кристина осмелела. – Я не представляю себе жизни без нее. Не хочу никуда ее отсылать.
Но Герхард заставил жену замолчать, решительно накрыв ее руку своей ладонью.
– Ты настолько измотана, что уже не понимаешь, что правильно, а что нет. Сама увидишь – все образуется к лучшему. – Он улыбался, но Рейчел заметила, что он сильнее сжал пальцы Кристины, пока в ее глазах не заблестели слезы.
Доктор Крамер мало разговаривал за ужином, поэтому Рейчел подумала, что происходящее напоминает сценарий, в котором ему отвели малозначительную роль.
– Я с радостью показал бы вам, как расцвел наш прекрасный город благодаря фюреру, фрейлейн Крамер, – произнес Герхард. – Возможно, мы могли бы начать с прогулки по Тиргартену завтра ближе к вечеру, когда жара спадет.
– Боюсь, что в это время отключат электричество, – съязвила Рейчел. – Я удивлена, что вы не в Польше, штурмбаннфюрер Шлик. Кажется, что бóльшую часть жителей Берлина перебросили туда.
– Нашему фюреру необходима разнообразная поддержка, и, как вы уже наверняка слышали, мы довольно успешно продвигаемся в Польше. Вскоре мы возьмем Краков и уже до конца недели должны быть в Варшаве. Пока мое место здесь. – Он поднял бокал, салютуя Рейчел.
Когда подали кофе, Рейчел уже устала от настойчивых попыток Герхарда пригласить ее на свидание.
– Рейчел, прогулка пойдет тебе на пользу, – поддержал Шлика Крамер.
В конце концов Рейчел не выдержала.
– Отец, ты должен понять, что для меня совершенно неуместно прогуливаться в компании штурмбаннфюрера Шлика без его жены. – Она через стол протянула руку подруге. – Я пойду при одном-единственном условии – если ты с Амели составишь нам компанию, Кристина. Мы так давно не виделись. Хочу поделиться с тобой новостями и с Амели хочу познакомиться. Похоже, она чудный ребенок!
Герхард засмеялся.
– Вы, американцы, удивляете меня своими выходками. – Но он согласился: – Разумеется, Кристина с Амели пойдут с нами, если вам так будет удобнее. Я все время забываю, что вы вместе росли. – Он оценивающе посмотрел на Рейчел. – Вы такие разные.
Рейчел из вежливости улыбнулась, но не смогла не заметить боль и страх, которые мелькнули в глазах у Кристины. Она нисколько не сомневалась, что Кристина с Амели не смогут пойти на эту прогулку в парке, следовательно, в дальнейшем у Рейчел не будет возможности поговорить с подругой – ни наедине, ни в компании. Поэтому она нарочно перевернула бокал красного вина на собственную юбку.
– Рейчел!
Отец подхватил бокал, пока темное вино растекалось по чистой скатерти, а Герхард подозвал одетого в белую форменную куртку официанта.
– Моя лучшая поплиновая юбка! – ахнула Рейчел, в ужасе вскакивая с места и швыряя приборы на стол.
– Рейчел, успокойся! – велел отец.
Кристина стала промокать льняной салфеткой юбку подруги, пока доктор Крамер, который терпеть не мог беспорядка, отодвинулся от стола.
Герхард кричал на официантов, как будто это они разлили вино.
– Кристина, идем… поможешь застирать пятно на юбке. – Рейчел потянула подругу к лестнице, ведущей в коридор.
– Я пошлю официантку, – вмешался Герхард.
– Не желаю, чтобы незнакомые люди видели меня раздетой, Герхард! Кристина в состоянии мне помочь.
Герхард замолчал, заметив негодование Рейчел, и та потянула подругу за собой.
Оказавшись в дамской комнате, Кристина направилась к умывальнику, но Рейчел увлекла ее на диван.
– У нас мало времени. Скорее всего, у нас не будет другой возможности поговорить наедине. Прости, что не поверила тебе, Кристина. Прости… я не знала о приказе, не знала о том, что детей… – Рейчел не могла подобрать слова. – Я хочу помочь тебе, помочь Амели, только не знаю, как вывезти ее из страны.
Кристина покачала головой.
