- Если у тебя возникнуть проблемы с чтением, просто дай мне знать, - говорю я с дрожащим
голосом, показывая на записи, трясущимися руками, пытаясь возвратиться к норме.
Лукас молчит, пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Он поворачивает руку и бумага
летит на пол. Тогда он поднимает другую руку, ту с гипсом, сгибает пальцы и поворачивает ее. Его
глаза снова находят мои, они сужаются на мне.
- Рей, - шепчет он, перед тем как поднять руку перед собой и уставиться на нее. - Что, черт возьми, произошло?
- Что ты имеешь в виду? - смеюсь я, это точно не завоюет Оскара. Тогда я делаю шаг назад. - Я на
обед.
- Подожди, - говорит он.
Я стою и смотрю, как его шок меняется на путаницу. Он хочет спросить меня о чем-то, сказать мне
что-то, но не делает. Он просто уставился на меня, как будто изучение меня достаточно долго, могло бы дать ему ответы, которые он ищет.
В конце, я в тупиковой ситуации. Я наклоняюсь, поднимаю бумаги и протягиваю ему. Но он не
признает их.
- Так, гм, я могу держать их за тебя, - говорю я, как будто нечего странного не происходит. Тогда я
делаю шаг подальше от него, засовываю их в сумку. - Увидимся позже. - Я улыбаюсь ему
натянутой улыбкой, прежде чем повернуться и направиться вниз по коридору, пытаясь увеличить
расстояние между нами, позволяя ему подумать о том, что произошло, и отмахнуться от него как
от сумасшедшего, пока он решит быть счастливым, так как его рука не сломана. Это то - как
происходит. Это то - как происходило прежде. Но я некогда не исцеляла Лукаса прежде, и у меня
никогда не было видений, которые показывали из-за чего происходило повреждение. Зная Лукаса, он не позволит себе пойти путем, по которому проходят большинство людей. Я не думаю, что
смогу отпустить это теперь, зная, что это сделала его мать.
Я не видела Лукаса весь оставшийся день. Он не появился на ланче, я грызу теперь губу как
сэндвич. Он может быть смущен, но я знаю, что в физическом плане он полностью здоров.
Основываясь на его реакции маленькое семечко волнения начинает расти внутри меня. Что, если
он скажет кому-нибудь? Если он это сделает, я буду отрицать. Вероятность того, что кто-то поверит
ему, очень мала. Так как тревога завладевает мной, я начинаю жалеть, что вылечила ему руку.
Сломанные руки сращиваются. Я не должна была вмешиваться, и я могу только надеяться, что это
не перейдёт на мое лицо. Но я некогда не могла выдержать видеть, как люди страдают даже самую
малость. Я не обработала видение, которое сопровождала исцеление утром. Такого некогда не
происходило прежде, и я не знаю, почему произошло теперь. У меня нет того, у кого можно было
спросить об этом. Вопросы крутятся в моей голове, а ответы в полной недосягаемости.
После уроков я еду с Гвен к ней, мы закончили лабораторную по химии. Она колеблется насчет
Тайлер, который пригласил ее на бал,
Извещения о принятии в колледж скоро будут приходить, поэтому Гвен и я каждый день проверяем
почтовые ящики. В отличие, от Лукаса наша остальная часть сидит как на иголках. Гвен хочет
вернуться на Манхеттен, и это касается только колледжей города. Я боюсь того, что мои письма не
найдут меня тут в Форт Аптоне. Кайл уверил меня в том, что позаботился о том, что любая моя
почта будет приходить ко мне сюда. Я сделала еще один шаг и позвонила в колледжи, чтобы дать
им мой новый адрес. Так, что письма должна прийти в порядке. Но они все еще не пришли.
***
День наконец кончился, я направлюсь в свою комнату, когда звенит дверной звонок. Так как я
была ближе всех к парадной двери, я открыла ее, чтобы найти Лукаса, стоящего в темноте с другой
стороны.
- Кто это?- спрашивает Кайл, шагая ко мне. - Привет, Лукас,- говорит он с обидой.
Лукас ему напряженно улыбается.
- Я пришел, чтобы увидеться с Райли и покататься с ней на машине.
Кайл медлит и поглядывает на меня. Я нечего не могу прочитать на лице Лукаса, но нам нужно
поговорить, я чувствую себя выжитой.
- Предвещается шторм. Может в другойраз, - предлагает Кайл.
Лукас собирается что-то сказать, но я перебиваю его.
- Мы ненадолго.
Тогда я беру свое пальто, не дожидаясь ответа от Кайла. Он стоит тихо, пока я надеваю пальто, поскольку он не останавливает меня, я иду к двери.
Ночь прохладная и влажная. Воздух пропитан влажностью при том, что дождь еще не начался. Я
тихо следую за Лукасом к его грузовику, я замечаю, что на нем нет гипса. Он открывает дверь для
меня, я сажусь внутрь, все еще не понимая его настроение, так как его лицо - это маска
нейтралитета. Его молчание - вероятно, то же плохой знак. Как только мы покидаем мой район, я
поворачиваюсь к нему.
- Куда едем?
- Не очень далеко,- говорит он, его глаза на дороге.
Вскоре крупные капли дождя начинают бить по ветровому стеклу. Лукас проезжает по мосту,
который проходит через реку и парки. Вдалеке я вижу горящие огни городского горизонта.
- Это Албания, - говорит он.
