— То есть… Знаешь, ощущения чего-то неправильного. У меня в первый раз такое. Как будто я не должна находиться рядом с тобой. Мне очень интересно… И в то же время страшно. Я не понимаю, почему вообще с тобой этим делюсь. — Лия почувствовала огромную волну стыда, что охватила её, как будто сейчас была не в кафе за столиком, а в соборе исповедовалась. Она поспешно отвела взгляд и попыталась спрятаться за распущенными тёмными волосами.
— Что тебя пугает во мне? Что плохо во мне? — Влад склонил голову.
Лия собралась с духом и приняла вызов: ответила на его пристальный взгляд. И чем дольше она смотрела, тем больше ощущала неприятную, засасывающую пустоту.
— Так, ладно. Я странная, скажу сразу, — отмахнулась Лия, когда в голове пробежала слишком глупая мысль.
Влад расплылся в улыбке.
— Говори. Я ещё более странный. Давай.
Она жалела, что сейчас не могла набить рот тортом, чтобы избежать ответа на вопрос. И кто её дёрнул за язык? Зачем сказала? С силой зажмурилась, а затем вновь посмотрела на лицо Влада.
— Твоя душа. Я знаю, это странно, но… Порой интуиция говорит мне абсурдные вещи. Можем посмеяться.
— Что с моей душой, Лия? — Он провёл языком по зубам, и вдруг его глаза дали странный отблеск.
— Она как будто мёртвая. Глупость сморозила. Да, знаю! — захотелось Лие вновь провалиться сквозь землю от стыда.
— Вот как. А ты веришь в существование души? — поинтересовался Влад, понизив голос.
— А ты нет? Материалист?
— Тебе ближе понимание души у Аристотеля или у Платона? — проигнорировал он заданный вопрос.
— Учение Платона ближе. Мир ощущений несовершенен, высшая цель — подняться над ним и приблизиться к божественному, достижение высшей нравственности — главная и почти недостижимая цель.
— Интересно. Нравственность, значит. — Влад улыбнулся лишь глазами. — Мы похожи, Лия. Но в молодости я думал совсем по-другому.
— И каких взглядов ты придерживался? Жаждал анархии? — беззлобно рассмеялась девушка. Влад увлекал её всё больше и больше.
— Да. Думаю, что все в молодости хотят быть бунтарями и новаторами. Кажется, что только ты до такого додумался, что все вокруг идиоты и боятся изменений.
— Если взглянуть на это с позиции истории и накопленного опыта, то мы всё время будем возвращаться к тому, с чего начали.
— Верно. Всегда вспоминаю падение Римской империи. Закат великой цивилизации. Нравственность так или иначе нужна человечеству. К слову, Лия, ты читала Достоевского?
Девушка покачала головой.
