Одна надежда, что он не услышал. Уилл действительно не услышал, потому что любезничал с Аминой.
– Да, ей три года, ее нашли на улице в Нисдене, – рассказывал он, как будто Марго давным-давно не рассказала всем желающим о бесславном прошлом Флоры. – Теперь она полностью одомашнилась.
– Мы все так ее любим, – грудным голосом произнесла Амина.
Несмотря на недавнее замужество, она пожирала Уилла оценивающим взглядом, точно пыталась уяснить, поместится ли он у нее квартире в Далстоне. У нее же там муж!
– Ладно, пойдемте, – весело сказала Марго, хотя на самом деле ей хотелось серьезно поговорить с коллегами, особенно с Одри, которая всегда заставляла гостей ждать у стойки.
– Приятное у тебя место работы, – заметил Уилл, когда они вышли на улицу, подальше от чрезмерно любопытных глаз ее коллег, – и удобно, что парк совсем рядом. Она все еще тянет, – добавил он.
– Я уже не верю, что она когда-нибудь перестанет, – грустно сказала Марго. – Я знаю, что надо развернуться и идти в другую сторону, да только обеденный перерыв длится всего час.
– Я не скажу Джиму, – пообещал Уилл.
Он держал в руке коричневый пакет, которого Марго не заметила раньше. Она умирала с голоду и надеялась, что там что-то съестное.
– Я принес секретное оружие.
– Какое секретное оружие? Только не говори, что купил удавку. Джим категорически против, и я считаю, что это жестоко…
– Зато Джим настоятельно советовал длинный поводок, – сказал Уилл, доставая очень-очень длинный красный поводок. – Хочешь испытать его, когда зайдем в парк?
Если верить Джиму, длинный поводок даст Флоре свободу бежать, куда ей хочется, и читать послания на столбах, и в то же время позволит ее контролировать, если она начнет выяснять отношения с другими собаками.
Как только они прошли за ворота, Уилл отстегнул короткий поводок и прикрепил длинный.
Первые несколько секунд Флора продолжала жевать заинтересовавший ее пучок травы. Не собака, а корова какая-то!
– Пока ничего, – сказала Марго.
Она явно поторопилась с выводами. Поняв, что больше не ограничена полутораметровым поводком, Флора пустилась в галоп. Длинный поводок скользил за ней, пока не растянулся на всю десятиметровую длину. Могучий рывок потряс тело Марго.
– Святая Мария! У меня вывих плеча, – взвизгнула она. – Твоя очередь.
Уилл тоже не преуспел. Вместо того чтобы радоваться большей свободе, которую дает длинный поводок, Флора рассвирепела, поняв, что свобода – всего лишь жалкая иллюзия.
Марго никогда раньше не подозревала, какими ехидными тварями могут быть другие собаки. Они приближались к Флоре, а когда та начинала сходить с ума, прыгая на них и обнажая клыки, в то время как Уилл пытался притянуть ее к себе, точно гигантского марлина из морских пучин, они ее дразнили: подбегали ближе и отскакивали, от чего Флора заходилась еще сильнее.
– Они просто играют, – весело кричали владельцы этих негодяев, издевавшихся над Флорой.
– Может, купим ей желтый поводок и желтую попону: предупредить, что она нервная, – сказала Марго растерянному Уиллу.
– Большинство людей не поймут, что означает желтый поводок, – заметил Уилл, которому наконец удалось подтянуть Флору к себе и схватить за шлейку. – И не думаю, что ей идет желтый. Сидеть!
Он произнес команду так властно, что даже Марго захотелось немедленно уронить пятую точку на землю, а по всему телу пробежала дрожь. Приятная дрожь. Уилл сумел взять на себя ответственность в кризисной ситуации, но Марго не хотела испытывать приятную дрожь. Из этого не выйдет ничего хорошего. Надо менять тему.
– Можно еще купить попону с надписью: «Не подходите, у меня бешенство», – предложила она.
Уилл вновь пристегнул короткий поводок.
– А для людей такие выпускают?
«Ну, вот тебе и приятная дрожь», – подумала Марго и хотела уже твердо заявить, что она не бешеная, как Уилл добавил:
– Это спасло бы меня от долгих разговоров с другими собачниками. Они удивительно болтливы, ты заметила?
– Я обожаю говорить с людьми об их собаках, – возмущенно сказала Марго.
– Правда? А для меня это самое страшное.
Она даже не поняла, шутит он или говорит всерьез. За исключением моментов, когда Уилл умилялся Флоре, его лицо всегда сохраняло неприступное, отстраненное выражение.
«Может, я просто плохо его знаю?» – подумала Марго. Они совместно владели собакой, она была у него в квартире и знала, что он флорист. Вернее, работает в цветочном бизнесе. Знала, что у него есть семья, и предполагала, что он холост. Хотя мог быть с равным успехом женатым и иметь двоих детей, или разведенным отцом пятерых, или спать каждую ночь с новой женщиной. Трудно представить Уилла флиртующим с женщинами, хотя, если бы он постарался, многие сочли бы его неотразимым. Иногда, когда он ворковал над Флорой, осыпая ее ласковыми словами, Марго чувствовала легкую дрожь. Вот и сейчас, когда представила его с незнакомой женщиной…
