Триста шестьдесят четыре дня в году Марго успешно притворялась, что рада своей независимости. И только двадцать пятого декабря она становилась самым одиноким человеком на свете. Словно почувствовав ее бедственное положение, Флора, до этого спокойно лежавшая под столом, ткнулась мордой ей в ногу.
– Ну, мое первое Рождество с Флорой должно быть особенным, – сказала Марго. Эта мысль подняла ей настроение. – Поваляемся до половины десятого, затем сходим поглазеть на зимних купальщиков на прудах. На обратном пути, вероятно, зайдем выпить и перекусить во «Флягу», а на рождественский ужин придумаем что-нибудь вкусненькое: сосиски в тесте, колбаски, картошку с морковкой и сельдереем в гусином жире. Я не люблю индейку.
– Вот это я понимаю – Рождество, – сказала Трейси.
В голосе подруги звучало облегчение, что Марго не собирается устраивать сцен из «Бриджит Джонс» или «Рождественской истории». Не тех, где Бриджит целуется с Марком Дарси или когда исполняются заветные желания маленького Тима, а самых душераздирающих.
– А я обречена смотреть рождественский выпуск Моркама и Уайза на полной громкости и с субтитрами, – продолжала Трейси.
– А нас разбудит еще затемно перевозбужденный ребенок, который весь день будет питаться исключительно сладостями, – добавила Джесс.
Наступила та стадия рождественского бранча, когда подруги единодушно стараются уверить Марго, что Рождество в одиночку во всех отношениях предпочтительнее.
Флора вновь ткнулась головой в ногу, и Марго почти успокоилась, но, проведя быстрые вычисления в уме, моментально утратила весь энтузиазм и чуть не расплакалась: Рождество выпадало на неделю Уилла.
Отлично продуманный план тихого домашнего Рождества с прогулкой в Хит и даже с заходом во «Флягу» внезапно утратил всю свою привлекательность. Без Флоры это будет просто еще один тоскливый день одинокой женщины, которая не знает, как убить время.
В это время в сумке загудел телефон. Сообщение от Уилла.
Марго не представляла, что это может быть. Уилл не производил впечатления человека, который любит получать или преподносить сюрпризы. Правда, в последнее время он внимательнее относился к ее сообщениям, и, несмотря на уныние, Марго стало легче. Уилл о ней думает. Хочет устроить сюрприз. Похоже, они становятся друзьями.
Сара и Джесс, как всегда, спорили над счетом.
– Я не заказывала коктейль, а пила кофе, а ты не заказывала кофе…
– Да хватит вам уже, – рявкнула на них Трейси, – разделим все на четверых, и дело с концом!
Затем последовала обычная кутерьма с пальто и поцелуями, Джесс спешила забрать дочку с детского дня рождения, а Сара запихивала Берти в слинг, готовясь штурмовать магазины.
– На Новый год встречаемся у меня? – уточнила Марго.
Хотя Рождество повергало ее в бездну отчаяния, Новый год Марго всегда отмечала с размахом. Веселье начиналось в одиннадцать с завтрака-фуршета, на который можно брать детей, и продолжалось до последней бутылки просекко и последнего фейерверка в лондонском небе.
– Конечно, – сказала Трейси, чмокнув ее в щеку. – Мы придем вечером и останемся до самого конца.
– С моими невыносимыми детьми точно можно? – переспросила Сара.
– Конечно, – ответила Марго.
Она заставляла себя улыбаться уже два часа подряд, и мышцы лица болели не меньше, чем сердце.
Хотя самые разные женщины в жизни Уилла, от близких родственниц до мимолетных партнерш, считали его в лучшем случае невнимательным, а в худшем – бесчувственным, он заметил: Марго что-то беспокоит.
Воскресным утром они проводили тренировку Флоры с подставной собакой, роль которой играла очень милая и достойная бассет-хаунд Леди Вайолет. Обычно Марго болтала бы с хозяйкой Вайолет, расспрашивая, чем та кормит собаку, где спит ее питомица, а сегодня едва проронила слово. Казалось, даже ее кудри утратили свой всегдашний задор.
Уилл пожалел, что позвал Марго в Масуэлл-Хилл: придется ведь хоть кофе с ней выпить, прежде чем отправить восвояси; но вспомнив о сюрпризе, он улыбнулся.
– В возмутительном поведении Флоры нет ничего смешного, – строго сказала Марго. – И в том, что она чуть не вывихнула мне плечо, тоже. Мне пришлось записаться к остеопату.
– Давай поменяемся, – предложил Уилл, одернув Флору, которая натянула поводок и оскалилась на Вайолет, соблюдавшую олимпийское спокойствие.
– Не надо, – резко ответила Марго.
Всю дорогу в автобусе она молча смотрела в окно, а Уилл тщетно пытался ее развлечь. Он рассказал, что Сейдж придумала целый план, как избежать поступления на юридический факультет. Сестра собралась заняться цветочными венками и устраивать фестивали с привлечением Женского института.
– Она говорит, что за цветочными венками будущее, – пояснил Уилл.
Автобус тем временем взбирался на крутой холм, в честь которого Масуэлл-Хилл получил свое название.
– Я согласен, что это новые возможности, но ей все равно придется учиться в колледже.
