Я приклеен к тебе, намертво, Две души в одном теле сплелись. Одно сердце, одна течёт кровь. Я не знаю, кто выдумал правила, Кто столкнул меня в твою жизнь, Связав нитью, с названьем – любовь!
========== Спаси мою душу, Грейнджер! ==========
Я приклеен к тебе, намертво,
Две души в одном теле сплелись.
Одно сердце, одна течет кровь.
Я не знаю, кто выдумал правила,
Кто столкнул меня в твою жизнь,
Связав нитью, с названьем — любовь!
Ночь плавно опускалась на город, окутывая улицы своими чарами. Вдоль тротуара зажигались фонари, отбрасывая свет на улицу. Прохожие замедляли шаг, машины сбавляли скорость. Воздух был морозным.
Он шел, вдыхая смесь незнакомых запахов, и морщился от слепящего света фар пролетающих мимо авто. Куда он идёт? Улица незнакома. Он остановился напротив стеклянной витрины магазина и невольно направил на неё взгляд. Подойдя ближе, он стал рассматривать своё отражение. Кто он?
Он смотрел в свои глаза, прикасаясь руками к лицу, волосам. Затем осмотрел одежду и снова взглянул на своё отражение, встряхнул головой. Где он? Почему он на этой улице? Откуда и куда он идет? Почему он ничего не понимает, не узнает этот город, не узнает эту улицу, не узнает себя?
Сознание напрягалось в попытках вспомнить хоть что-то. Руки нервно теребили волосы. Тело поддалось панике: адреналин вырвался в кровь, разгоняя удары сердца и нервным разрядом заставляя сделать шаг прочь от витрины. Он отступал, не разрывая зрительный контакт со своим отражением. Он пятился назад и не замечал, как тротуарная плитка под ногами сменялась белым искрящимся под светом фонарей снегом, а затем асфальтом. Он всё дальше отходил от витрины, всё дальше от своего отражения. В голову ворвался громкий скрип. Он резко повернулся в сторону звука. Удар. Его отбросило в сторону, тело с силой ударилось об асфальт, голову пронзила резкая боль. Взгляд устремился в небо и застыл. Тёмный город растворился, звуки стихли, боль перестала пульсировать в висках и сознание унесло в тёмный тоннель.
***
— Три недели до Рождества, а я до сих пор не купила ему подарок, — грустным голосом сказала Гермиона и поставила на столик кружку с чаем, так и не сделав глоток.
— Так, — девушка напротив посмотрела на неё с сочувствием во взгляде, — вы уже три месяца как не вместе. Я знаю, он мой брат, но то, как он с тобой поступил, ужасно. После всего, что вы пережили! — она сделала паузу. — В общем, ты не обязана дарить ему подарки. Не хочешь ли ты сказать, что простила его и готова принять назад?
— Джинни, мы три года прожили вместе, может, это кризис отношений. Всё ведь было слишком спокойно. Он звонит мне каждый день после той ссоры. Вчера я не выдержала и ответила. В его голосе было отчаяние, и я подумала… — Гермиона запнулась и оглядела кафе, лишь бы не встречаться взглядами с подругой. — Возможно, я смогу его простить.
— Подруга, я тебя не узнаю после того, как ты застукала его с той крысой в вашей спальне, — возмущённо сказала Джинни, вытирая со стола салфеткой пролитые капли чая. — Да как ты вообще им обоим глаза не выцарапала? Если бы я… да я даже не знаю, что бы я сделала с Поттером, поступи он так со мной. Может, Рон и раскаивается и заслуживает еще один шанс, но, пожалуйста, не торопи события. Я, конечно, очень хочу, чтобы вы были счастливы. К тому же скоро наша свадьба с Гарри, и мне не хочется, чтобы наши свидетели прожигали друг друга гневными взглядами, — закончила свою речь Джинни и допила чай. — Кстати, спасибо, что пригласила в это кафе. Никогда раньше не бывала в маггловских заведениях. Тут очень мило, — она мягко улыбнулась.
— Это тебе спасибо, Джинни. Сегодня мой первый день отпуска, не хотелось проводить вечер в одиночестве, — ответила Гермиона.
— Приедешь на Рождество в Нору? Мама будет рада, она очень по тебе скучает.
— Не знаю, завтра мы с Роном договорились встретиться здесь и поговорить. Он так настаивал на встрече, что я решила выслушать его, — ответила Гермиона. — Не хочу пока строить планы на Рождество.
Джинни заметила, как слегка дрожали руки подруги.
— Пойдем прогуляемся? — Гермиона встала из-за стола. От резкого подъема в глазах потемнело. Она вскинула руки, сильно зажмурила глаза. Боль в голове была нестерпимой, и сознание покинуло тело, которое с грохотом растянулось на полу.
Гермиона открыла глаза, и взгляд её пал на белоснежный потолок. Отголоски боли ещё пульсировали в затылке. Похоже, она лежала на кровати. Она повернула голову набок и увидела Джинни, сидящую рядом на стуле. На плечах подруги был белый халат.
— Где я? — неуверенным голосом спросила Гермиона. В памяти всплыли картинки прошедшего дня: разговор в кафе, а потом резкая боль в голове.
— Мы в маггловской больнице. Бармен вызвал скорую помощь, ты потеряла сознание и не приходила в себя, — Джинни взяла её за руку, по щекам бежали слезы. — Святой Мерлин, как я рада, что ты очнулась, Гермиона. Я так испугалась. Ты почти два часа была без сознания.
Не успели девушки договорить, как в палату вошел врач и попросил посетительницу выйти.
— Я буду в коридоре, — сказала Джинни и вышла из палаты.
Пока доктор осматривал Гермиону и проверял рефлексы, в палату вошла медсестра и протянула результаты анализов и заключение томографии.
