Каждую ночь Катерине снится, что она тонет. Навязчивые сны становятся все хуже и хуже, но и реальность подбрасывает все новые испытания. На работе устроили глупую "игру на вылет", коллеги раздражают, муж надоел, даже лучшей подруге нельзя доверять. Катя стремится распутать жизненный клубок и не сойти с ума.
Глава 1
Ни тогда, ни когда-либо потом, Катя не могла сказать, с чего все началось. Были ли предпосылки – стресс, хандра или фильм ужасов на ночь. Что послужило толчком к тому, чтобы умной здоровой женщине ночь за ночью снился один и тот же сон. Она тонула. Даже не так – ее топили.
Пришлось сходить к врачу. Невропатолог выписала таблетки для крепкого сна и посоветовала поработать с психологом. Таблетки помогли, и некоторое время Катя спала вовсе без сновидений, проваливаясь в густую темноту, едва касалась подушки. Но утром просыпалась с тяжелой головой, перед глазами плыло, и она решила, что обойдется как-нибудь сама. К психологу она не пошла.
Катерине едва перевалило за тридцать, она уже с удивлением замечала изменения в собственном теле. Шутливо жаловалась, что царапины теперь заживают неделями, а не за пару дней. Разглядывала в зеркале малюсенькие морщинки возле глаз. Но выглядела и чувствовала себя много моложе. Коротко стригла темные волосы, густо красила большие серые глаза, на работу носила темные рубашки, а по выходным – футболки.
– Милая, готы устарели еще лет двадцать назад, – говорила ей лучшая подруга. Ира одевалась согласно возрасту, элегантно и неброско. Шоколадного оттенка волосы ниспадали на плечи, сумочка неизменно бежевая, обувь неизменно на каблуке. После неудачного брака с Ирой остались двое детей и море житейской мудрости. Катя помогала ей помнить, что кроме работы и детей в жизни есть что-то еще. Люди. Общение. Они вместе учились в институте, и Ирочка осталось единственной Катиной подругой со студенческих времен. Остальные либо разъехались, либо связь с течением времени прервалась сама собой. Да и не любила Катя поддерживать социальные связи. Есть подруга на выходные, есть муж на каждый день, а кто-то еще – совершенно лишнее.
– Максимум кого еще я могу себе позволить – любовника, – шутливо говорила она подруге. Муж бы шутки не оценил.
С Женей она познакомилась уже после вуза, на первой работе. Тогда она устроилась секретаршей, обычным офисным планктоном, не понимающим, чем она занимается и зачем все это надо. Женя работал сисадмином, носил свитер, брюки вечно в пятнах, но хоть бороду не отращивал. Катя терпеть не могла бородатых мужчин. Роман завязался быстро. Кровь от страсти не кипела, но, когда Женя сделал ей предложение, Катя согласилась сразу. Хороший парень, жаль упускать.
Тем более, ей казалось, что Ира тоже имела на него виды.
С ребенком решили подождать, пока не решат квартирный вопрос и не притрутся друг к другу. И вот прошло уже с десяток лет, а они все еще не торопились и притирались.
Женя давно уволился и осел дома «на вольных хлебах». «Хлебов» получалось то много, то мало, по-разному. Пил по выходным пиво с друзьями, пока Катя с Ирой ходили в кино и по магазинам.
Когда та, первая контора обанкротилась, Катя перепробовала несколько разных занятий, в итоге устроилась менеджером по продажам программного обеспечения. Платили хорошо, но и требовали много. Зато удалось накопить на первоначальный взнос и взять ипотеку. Женя все собирался прикупить машину, не самую дорогую, просто чтобы ездить, как он говорил. Катя ворчала, что сначала надо с долгами разобраться, но сама тоже подумывала, что пора бы получить права и оформить новый кредит. А то к тридцати годам без машины – несолидно.
Все шло своим чередом, пока не начались сны.
***
– Что случилось? На тебе лица нет, – спросил Женя. Катя приняла бы его слова за участие, но равнодушный тон указывал на обратное. Он едва взглянул на нее.
– Все нормально, – ответила она, пристраивая сумочку на вешалку. Из коридора она видела супруга, сидящего к ней боком. Лицо освещено монитором, с острыми чертами, худощавое, раньше ей нравилось его лицо, казалось изысканным, почти аристократичным. Муж почувствовал ее взгляд, хмуро посмотрел в ответ. Брови мучительно изломились в вопросительной гримасе.
– Что? – спросил он.
– Все нормально, – повторила Катя.
Даже если Женя спрашивает, это вовсе не значит, что он на самом деле готов слушать про работу, тяжелый путь домой в переполненном транспорте, и что стоило прикрыть глаза, как Катя ощущала запах воды и чувствовала, как задыхается. И это здорово ее пугало. Все из-за стресса и усталости, думала она.
В холодильнике ждал ужин, который она оставила с прошлого вечера. Макароны с грибным соусом. Катя не питалась правильно, вообще не следила за тем, что ест, но все равно фигура выглядела вполне неплохо для ее возраста. Не худышка, но и жирка особо нет. Ирка завидовала Катиному метаболизму, сама же Катя списывала все на бездетность и наследственность. Ирка хмыкала и не спорила, она после развода осталась с двумя ребятишками, и последние пару лет была озабочена тем, что пыталась привести себя «в норму». Где эта норма находится и как Ира собиралась себя туда привести, оставалось для Кати источником мелких шуток и подколок. Ира делала вид, что не обижается и героически собиралась бегать по утрам. Но то дождь, то жара, то зима неожиданно наступит. В общем, не получалось.
