Дождавшись, когда погоня проскочит мимо моего укрытия, я, не особо задумываясь, выстрелил по замыкающему. Целился по ногам — я ведь не зверь какой, крестьян без разбора убивать. Обладатель ружья кубарем покатился на обочину, а его дружки по инерции пробежали еще два десятка метров, прежде чем развернулись на звук выстрела. За это время успеваю передернуть затвор, вылезти из кустов, подойти к раненому и подобрать оружие.
— Раритет! Фирмы «Манлихер», — после беглого осмотра я вслух поделился наблюдением с корчащимся на траве парнем. — И откуда у тебя такой ствол? Впрочем, чего спрашивать — вы ведь до революции под австрийцами были? Только почему он у тебя не заряжен? Эй, козлы! Палки на землю, руки в гору! Живо!
Последнее адресовалось подельникам поверженного хозяина редкой модели одностволки и сопровождалось недвусмысленным невербальным воздействием — отбросив бесполезный трофей, вскидываю к плечу свой «маузер» и целюсь. Пареньки, вознамерившиеся атаковать меня со своими дубинами, правильно поняли посыл — уронили импровизированные «демократизаторы» и подняли руки.
— Вот и молодцы! — похвалил я деревенских. — Пуля, она, как известно, дура! Кто такие? Что здесь делаете?
Парни не ответили, злобно зыркая из-под нахмуреных бровей.
— В молчанку, значит, поиграть решили? Ничего… У меня и не такие герои до самой жопы кололись! Ну-ка, быстро взяли своего товарища, и в кусты!
Пнув их пару раз для ускорения, махнул рукой стоявшим в пятидесяти метрах братьям Караваевым, приглашая их подойти. Узнав меня, мальчишки рванули ко мне как на стометровке.
— Игорь, Игорь! — не добежав, закричал Антон. — Мы нашли того деда!
— Спокойно, ребята, спокойно! Отойдем от дороги, и вы мне все расскажете. И начнете с того, как вы умудрились себе на хвост погоню посадить!
— А… мы не виноваты… — хлюпнул носом Антон. — Они… это… того…
— Ладно, ладно. Успокойтесь! Ружье подберите — и за мной!
Найдя укромное место недалеко от дороги, приказал деревенским положить раненого, а самим встать на колени, скрестив лодыжки, и сложить руки на затылке.
— Пикнете — убью! — грозным голосом предупреждаю пленных.
Караваевы стояли рядом, размазывая по потным лицам дорожную пыль.
— Чего они за вами гнались?
— Побить хотели, — пожал плечами Володя. — В деревне меня засекли и погнались.
— А деревня-то далеко? — не дай бог, там выстрел услышали.
— Нет, мы долго бежали! — горделиво сказал Антон.
— Значит, говорите, побить… — Я задумчиво посмотрел на раненого, который от тряски при переноске потерял сознание. И, судя по разливающейся по его лицу бледности, его накрывал болевой шок. Да и крови много потерял — вон какой след остался. Похоже, бедренная артерия задета. — Следовательно, оказывать ему медицинскую помощь не нужно?
— Э… я не знаю! — растерянно развел руками Володя. — Он нам такие страшные слова кричал на бегу… Я даже повторить не могу.
— На кол посадить обещал! Уши отрезать и свиньям скормить, — пояснил Антон. — Кацапами обзывал… И еще много всего…
— Ага… Тогда пускай пока так полежит, — кивнул я. Судя по характеру ранения, этот любитель экзотических наказаний — не жилец. Ну и поделом! — Отдышались? Рассказывайте по порядку!
— Игнат Пасько сидит в сарае на заднем дворе старосты! — выпалил Антон.
— Так-так… А откуда в советской деревне взялся староста?
— Так он вчера вместе с немцами приехал! — «объяснил» Антон.
Поняв, что от младшего толку не дождусь, я посмотрел на Володю.
— Немцы приехали в Татариновку вчера. Несколько танков и бронемашин. Сколько точно — мы не выяснили, — начал рассказывать Володя. — С ними приехал бывший староста. Он два года назад сбежал, а сейчас вернулся. Он и еще несколько деревенских избили председателя колхоза, а его сына-комсомольца повесили на дереве в центре села. Потом немцы уехали, а староста объявил, что никакого колхоза больше не будет.
— А что с Пасько?
— Ну, его вчера не было. А сегодня он приехал и стал звать мужиков на подмогу… москалям. Ну то есть нам помогать… Староста приказал его схватить и начал выпытывать, где они, то есть мы, прячемся. Но Игнат ничего им не сказал. Тогда они его избили и посадили в сарай на подворье старосты. Там он до сих пор и сидит.
— И как вы все это умудрились выяснить? — удивленно спросил я. — Особенно про вчерашние события…
— Так мы это… местных мальчишек пойма… познакомились! — отводя глаза, сказал Антон. — Ну, они нам все и рассказали.
— Били? — хмыкаю понимающе.
— Конечно, нет! Мы ведь пионеры! — «честно» соврал старший брат.
— А то я твои разбитые кулачки не вижу! — усмехаюсь, а сам одобрительно хлопаю Володю по плечу. — Сведения проверили?
— Да! Мы их… ну, этих… с кем… познакомились… поодиночке расспрашивали! Ну, чтобы не сговорились! — Антон огорошил меня познаниями в искусстве ведения допросов. — А потом Володька по селу пробежался и посмотрел.
