Несмотря на всё, что только что произошло, он оставался врачом. Таким дружелюбным, официальным, натянутым как струна. Наверное, ей всё же показалось, что «массаж» вызвал у него какую-то физическую или даже эмоциональную реакцию. Вряд ли он выбегал из кабинета, чтобы подрочить в туалете оттого, что завёлся не меньше Светы. Это бы ей невероятно польстило, повысило самооценку и завершило физический оргазм ещё и эмоциональным удовлетворением. Но это были всего лишь её желания. Фантазия не основанная ни на чём. Он же профессионал.
Да и вообще! Почему это её волнует? У неё есть Олег, ради которого и было всё это! Да!
– Тогда я… наверное, пойду. Будут ещё какие-то рекомендации? – всё же на что-то она надеялась.
– Успехов вам, Света с вашим партнёром. Не забывайте о гигиене и контрацепции, буклеты об этом есть на стойке снаружи и… – он снова уставился в экран, – все анализы будут готовы послезавтра. Клиника отправит вам их на электронную почту и, если будет необходимо что-то обсудить, придёт приглашение на приём.
Ну вот и всё, подумала Света. Он поставил точку и завершил лечение. Пора выметаться, а не сидеть и глазеть на него в надежде… на что? Что он её поцелует что ли? Как корова из анекдота, которую только что осеменили из шприца? «А поцеловать?».
Она попрощалась и вышла в коридор, усталость никуда не делась и очень хотелось прилечь и вздремнуть где-то в тёплом месте после такого ошеломительного оргазма. Пожалуй, дома, надо принять ванну с душистой пеной и расслабиться.
Перед выходом она подошла к гардеробу, чтобы взять своё пальто, за стойкой стояла пожилая гардеробщица и угрюмо на неё смотрела. Вариантов было два: либо она не могла уйти домой, пока не вернёт последнюю одежду посетителю, и потому её ненавидела, либо она слышала Светины стоны и крики и теперь осуждает за распущенность.
Поэтому оделась она очень быстро, намотала шарф по самые уши и выскочила на улицу. Остановилась, когда сбежала по лестнице с крыльца. С тёмного ночного неба пошёл лёгкий снежок, в свете фонаря белые ледяные мушки кружились и падали вниз. Пока она была в клинике, очень сильно похолодало.
– Я так не могу, – послышалось внезапно сзади, и Света вскрикнула от неожиданности и подпрыгнула. Ноги заскользили на замёрзшей луже, но крепкие сильные руки подхватили её и не дали упасть.
– Сергей… – она посмотрела снизу вверх в его глаза, – Владимирович?
Он поставил её на ноги.
– Пойдёмте, я провожу вас до дома. Уже очень поздно, а на улице темно. Вы близко живете?
– Да, – выдохнула она облачко пара, – на соседней улице.
– Отлично, даже замёрзнуть не успеете.
Вот теперь опять Свете стало неловко, а он что имел в виду под словами «я так не могу»?
– А что вы не можете? – решилась-таки она уточнить.
– Джентльмен где-то в глубине меня не может позволить оставить женщину одну на улице ночью, особенно после того… как сам её задержал.
– Так это вроде моя просьба была? Значит, это я нас задержала. И это вы, доктор, должны были давно уйти домой, а не… делать мне массаж.
– Ветер усиливается, – он отвёл глаза в сторону, – пойдёмте. У вас обувь не по погоде, простудитесь ещё.
Света глянула на тонкие сапожки на каблуках, они и вправду холодные, но она и не планировала сегодня надолго оставаться на улице. Ездить в офис на метро вполне нормально. Но его забота так грела, что стало даже немного жарко где-то там, под пальто. Доктор и сам был одет не по-зимнему, куртка тонкая, демисезонная, из тёплых вещей только полосатый синий шарф. Очень оттеняет его голубые глаза в свете фонаря.
– Хорошо, – согласилась Света, и они пошли в сторону перекрёстка.
Пару раз она скользила на примёрзших к асфальту неровных комьях когда-то мокрого снега, теперь превратившегося в жёсткую корку. Доктор взял её за руку и положил ладонь на свой локоть, чтобы она могла опереться на него в пути. В этом не было ничего особенного. Но почему-то Олег так не делал, он сам брал её под локоть и держал в вертикальном положении.
Почему она всё время сравнивает его с Олегом? Вот и ростом он выше, и в плечах шире, и идёт так уверенно, будто ноги держатся за землю на мощных магнитах. Это, наверное, побочное действие сексуальной разрядки – приписать человеку максимум положительных качеств, чтобы оправдать всё это безобразие, что они творили. Если честно, только теперь она поняла, что это, наверное, было не совсем принято у докторов и пациентов. Но сожалеть было поздновато. Очень!
На светофоре, пока они ждали переключения сигнала для пешеходов, Светлана осторожно спросила:
– А вы далеко живете? Вам же потом тоже идти домой.
– Не очень, – ответил он, коротко глянув на неё, – в квартале отсюда в другую сторону, ближе к метро.
Ветер рванул полы её длинного пальто и забрался под юбку холодными пальцами. Света поёжилась. Ещё целый квартал обратно – это далеко.
Он перешли наконец-то улицу и углубились в тёмные, ночные дворы жилой застройки, где и располагался дом Светы. Было так приятно идти с ним, пусть они и молчали всю дорогу, судя по всему, оба испытывая странную неловкость. У нужного подъезда, Света остановилась.
