– Либо остаётесь в Липецке, либо перебирайтесь с семьями, у кого есть, в Ёбург. Жильё вам выдадут, деньги на обустройство тоже. Но заниматься этим сейчас времени не будет, так что этим займутся либо наши люди, либо ваши родственники, кто с ними живёт. Сейчас вы все дружно отправляетесь в нашу «зону пятьдесят один» – центр испытаний авиационно-космической техники, что в полуторастах километрах восточнее Екатеринбурга. Там вам выдадут всё необходимое и начнётся обучение. Вопросы?
Вопросов не было.
Поэтому, попрощавшись с пилотами, я сел за свой огромный стол и задумался. Космическая лихорадка – хорошо, но не стоит лично к этому прикипать и терять интерес ко всему земному. Под шумок был подписан договор с индусами – хорошо, прекрасно. Пилоты учатся – это тоже хорошо, но главная их задача – прикрыть информационно создание русской ВМБ в Индии.
Создание потребует больших строек и огромной земляной работы. Поэтому, собравшись, я поднялся и отправился из центрального офиса – надо лично поговорить с Зотовым по поводу военно-морской тематики. И навестить верфи – всё-таки авианосец в последней стадии, на финишной прямой.
Тюрем в России было много, тюрьмы были разные. Но пожалуй всех их объединяло одно – в них никто не хотел бы оказаться, особенно в роли осуждённого. Правда, и в этом непреложном правиле могли найтись свои исключения. Одно из таких исключений звали Михаил Михайлов, по кличке Мишка. Звали его так ,конечно же, по всем документам и законам, вот только настоящее имя его никому не было известно. Мишка был задержан во время одной из облав ФСБ на Гражданскую Оборону. Задержан отнюдь не случайно, а целиком по собственному согласию. Особо опасного террориста пытались расколоть все, хотя он нагло игнорировал все попытки выведать информацию о Гражданской Обороне. В конце концов, его смогли осудить только за участие в погроме и соучастие в убийстве и назначили наказание в виде восьми лет лишения свободы.
Зона, в которую Михаила привезли, считалась воровской, царствовал здесь не закон федеральной службы, а ворьё, со своими «понятиями». Нового осуждённого вели под конвоем четверо автоматчиков, которые знали о том, по какому делу он был схвачен и поэтому изрядно побаивавшиеся нового арестанта. Сотрудники на этой зоне были всего лишь рабочими, да и все знали, что эта зона чёрная, тут законом и не пахло. Поэтому с осуждённым уже заочно попрощались, зэки были народом свирепым.
Дверь камеры закрылась за Мишкой, конвоиры спешно удалились. В нос ещё молодому члену ГО ударил запах немытых тел, табака и хлорки. Он поморщился. С дальней стороны камеры к нему направился зэк в типичной арестантской робе.
– Ты погляди, какого петушка к нам занесло, – он имел омерзительнейшую мордень, напоминающую об отсутствии интеллекта и ужасном образе жизни, – ты кто такой будешь?
– Михаил Михеев, – ответил он, – ГО, семнадцать рейдов, шестьдесят восемь трупов таких вот как вы уродов. Четверых сжёг заживо, двух освежевал. Ну что, будем знакомы? – он улыбнулся широко и по доброму, – а с тебя мы начнём…
Не успели зэки возмутиться, Миша одной рукой поднял за шею вылезшего к нему зэка и бросил его в сторону стола. Прикрученный к полу стол выдержал, а вот зэк ударился спиной и заорал. Однако, Миша был по доброму настроен и только придавил яйца зэка сапогом. Показалась кровь, он ещё шире улыбнулся и взял со стола ложку:
– А теперь, джентльмены, вас ждёт незабываемое знакомство с Гражданской Обороной. Или вы, – он обратился к притихшим зэкам, – думали, мрази, что народ всё вам простит и забудет? Эти бляди в погонах может быть и будут с вами нянчиться да изображать строгих дяденек. Для ГО вы либо граждане, либо куски мяса… – он посмотрел на тело под ногами, воющее и скулящее, – Алексей Никоноров, сорок шесть лет, пять изнасилований, восемь убийств. Приговор – смерть в огне! Всем, кроме тебя, – он ткнул пальцем в сидящего в углу зэка.
Словно по волшебству началась драка. Драка была очень быстрая, зэки бросились на Мишу, но результат был скорее обратный – через десяток секунд все уже лежали кучей около стола. Зэк, сидящий в углу, смотрел на это со страхом и интересом. Руки зэкам Мишка застегнул наручниками и в руках его показалась большая бутылка, изъятая неизвестно откуда. По волшебству, не иначе.
Он пояснил для зэков:
– Прометиум. Горит с температурой в полторы тысячи градусов. Плавит сталь, что уж говорить про тела, – он щедро полил зэков, которые начали брыкаться и звать начальство. Чиркнул спичкой и посмотрел странным, глубоким взглядом в сторону сидящего в углу арестанта:
– А вот вы, гражданин Синельников, осуждены незаконно. С теми, кто вас подставил, мы уже разобрались, но освободить вас не в силах.
– Правда? – арестант встал, – интересно, откуда вы узнали?
