Удар, удар… Еще удар…Опять удар – и вотБорис Буткеев (Краснодар)Проводит апперкот.Вот он прижал меня в углу,Вот я едва ушел…Вот апперкот – я на полу,И мне нехорошо!И думал Буткеев, мне челюсть кроша:И жить хорошо, и жизнь хороша!При счете семь я все лежу —Рыдают землячки́.Встаю, ныряю, ухожу —И мне идут очки.Неправда, будто бы к концуЯ силы берегу, —Бить человека по лицуЯ с детства не могу.Но думал Буткеев, мне ребра круша:И жить хорошо, и жизнь хороша!В трибунах свист, в трибунах вой:«Ату его, он трус!»Буткеев лезет в ближний бой —А я к канатам жмусь.Но он пролез – он сибиряк,Настырные они, —И я сказал ему: «Чудак!Устал ведь – отдохни!»Но он не услышал – он думал, дыша,Что жить хорошо и жизнь хороша!А он все бьет – здоровый, черт! —Я вижу – быть беде.Ведь бокс не драка – это спортОтважных и т. д.Вот он ударил – раз, два, три —И… сам лишился сил, —Мне руку поднял рефери́,Которой я не бил.Лежал он и думал, что жизнь хороша.Кому хороша, а кому – ни шиша!1966<p>Песня о конькобежце на короткие дистанции, которого заставили бежать на длинную</p>Десять тысяч – и всего один забег остался.В это время наш Бескудников Олег зазнался:Я, говорит, болен, бюллетеню, нету сил — и сгинул.Вот наш тренер мне тогда и предложил: беги, мол.Я ж на длинной на дистанции помру — не охну, —Пробегу, быть может, только первый круг — и сдохну!Но сурово эдак тренер мне: мол, на — до, Федя, —Главное дело – чтобы воля, говорит, была к победе.Воля волей, если сил невпроворот, — а я увлекся:Я на десять тыщ рванул как на пятьсот — и спёкся!Подвела меня – ведь я предупреждал! — дыхалка:Пробежал всего два круга – и упал, — а жалко!И наш тренер, экс– и вице-чемпион ОРУДа,Не пускать меня велел на стадион — иуда!Ведь вчера мы только брали с ним с тоски по банке —А сегодня он кричит: «Меняй коньки на санки!»Жалко тренера – он тренер неплохой, — ну бог с ним!Я ведь нынче занимаюся борьбой и боксом, —Не имею больше я на счет на свой сомнений:Все вдруг стали очень вежливы со мной, и – тренер…1966<p>Песня космических негодяев</p>
