– В принципе, да, к тому же, дача есть дача, что такого ужасного может быть в даче?
– Абсолютно все, – мрачно ухмыльнулась Тая.
Приехав домой, я первым делом позвонила Мордухиным, ответил бодрый мужской голос. Как звали членов этого, безусловно, почтенного семейства, я не знала, поэтому, пришлось выкручиваться.
– Здравствуйте, это господин Мордухин?
Трубка молчала секунд тридцать, затем уже не такой бодрый, а малость растерянный и испуганный голос протянул:
– Да-а-а-а…
– Простите, пожалуйста, как ваше имя-отчество?
– Николай Степанович…
Кажется, «господин Мордухин» окончательно выпал в осадок и не знал, к чему готовиться, то ли к свадьбе, то ли к похоронам.
– Николай Степанович, – продолжала я тем же протокольным тоном, – у вас имеется дача в Подосинках?
– Да-а-а-а… – прошептал он, – что случилось?
– Ничего особенного. Вы не хотели бы ее сдать на месяц?
– Кому? – изумился Мордухин.
– Двум оперативным работникам отдела по борьбе с организованной преступностью!
Тайка восхищенно за мной наблюдала, расчесывая Лавруше хвост и лохматые панталоны. Мордухин что-то пробулькал невразумительное.
– В вашем районе ведется операция по задержанию особо опасных преступников, – продолжала я, окончательно войдя в роль, – нам необходимо поселить у вас двоих сотрудников.
– Я могу поговорить с женой? – обреченно прошелестел перепуганный господин Мордухин.
– Разумеется. Я перезвоню вам через полчаса.
И трубку на рычаг.
– Браво, – одобрила Тая, – растешь на глазах. Честно признаться, я думала ты культурно попросишь, а ты вон как ловко придумала.
– Да ничего я не придумывала, как-то само собой получилось. Так, надо позвонить Владику.
Женский голос недовольно произнес:
– Да?
– Влад дома?
– А кто его спрашивает?
Ни фига себе наглость.
– Его мама, деточка!
В трубке послышалась приглушенная возня и нарисовался Владик.
– Привет, это твоя мама Сена.
– О, Сенка, здорово.
– Слушай, можно опять тобой воспользоваться?
– В каком смысле? – развеселился он.
– Не мог бы ты опять у меня пожить и присмотреть за Лавром?
– Конечно, без проблем, а куда вы уезжаете?
– Это пока что военная тайна. Кстати, у тебя нет какой-нибудь печатной машинки?
– Вроде валялась где-то портативная «Любава», но не ручаюсь, что там все клавиши работают.
– А мне и не надо. Выдашь на прокат?
– Выдам, а когда надо?
– Завтра. Приезжай, я тебе за одно и ключи отдам.
– Лады, с утреца буду.
Я положила трубку.
– А зачем нам печатная машинка? – заинтересовалась Тая.
– Что ж мы за писательницы без машинки? Надо чтобы все было правдоподобно. Сейчас поищу писчую бумагу, где-то была пачка.
Пока я перерывала книжный шкаф и антресоли в прихожей, куда я сваливала все ненужное, то, что когда-нибудь обязательно, всенепременно понадобится, Тая занималась гардеробом, подойдя к процессу со всей ответственностью.
– Ты представляешь, сколько нам всего понадобиться? – вздыхала Тая. – И белье постельное, и утварь всякая кухонная…
– Ты думаешь, они с дачи все до последней вилки вывезли? – пыхтела я, пытаясь не уронить тяжеленный ящик с инструментами.
– Обычно так и бывает в таких глухих местах, где дачи не охраняются, за зиму бомжи все выгребают.
– Мордухины нам еще ничего не сдали, – я шарила рукой в глубине антресоли, надеясь нащупать пачку бумаги.
– Сдадут, как миленькие, ты так отменно звучала, что я сама сдала бы тебе все, что угодно.
Бумага отыскалась в коробке со старыми газетами и журналами.
Ровно через полчаса я набрала номер дачевладельца, на этот раз ответил женский голос.
– Я по поводу съема дачи! – отрезала я, решив не давать дамочке ни единого шанса на отказ.
– Да, да, здравствуйте, – зачастила она, – Коля говорил о вашей просьбе, а почему вам именно наша дача нужна?
Да, кстати, почему?
– Я не уполномочена отвечать на подобные вопросы! – рявкнул мой суровый ментовской голос.
– А когда вам требуется въехать? – погрустнела тетенька.
– Чем скорее, тем лучше! Мы готовы это сделать завтра, в крайнем случае – в понедельник!
Тетенька вообще раскисла, но против властей не попрешь, договорились, что сегодня ближе к вечеру к ним подъедут две девушки за ключами.
– Да вы не беспокойтесь, – сжалилась я к финалу беседы, – сотрудники у нас аккуратные, за одно и за домом присмотрят.
Этот аргумент пришелся хозяйке по душе, она даже малость ожила и довольно бодро продиктовала адрес. Повесив трубку, я победоносно улыбнулась Таюхе.
– Все, подруга, дачу я сняла, причем бесплатно.
– Молодец, можешь, когда захочешь.
– Давай-ка на всякий случай поищем мои фальшивые удостоверения, мало ли, вдруг заподозрят неладное.
Как-то раз, на восьмое марта, подруга учудила, презентовав мне три фальшивых удостоверения: журналиста, помощника следователя и детектива.
Отыскав эти ценные дары на холодильнике, мы продолжили сборы.
– Тай, бери только самое необходимое, самое необходимое, – нудила я, видя, какую масштабную кампанию развернула подруга, – а то на грузовике поедем.
– Я и беру все самое необходимое! Не мешай! И вообще, отстань от меня, иди, займись чем-нибудь полезным!
