В самолете собрались люди не самые приятные – убийцы, отравители, просто негодяи… но кто узнает об их темных личностях?Маленькая девочка и младенец оказываются единственными выжившими при крушении авиалайнера в окрестностях Мекки. Что это? Чудесное спасение или дьявольская игра?Содержит нецензурную брань.
Спаситель.
***
10.20, 04.04.19
– Доброе утро, уважаемые пассажиры! С вами говорит командир воздушного судна. Меня зовут Артем Воробьев. Наша команда рада приветствовать вас на борту лайнера авиакомпании «Тюменские авиалинии». Мы совершаем рейс из Москвы в Найроби протяженностью 6660 километров. Время в пути составит 10 часов 50 минут. Через пару минут мы начнем запуск двигателей и руление на взлетно-посадочную полосу. Приятного путешествия!
На табло задорно горели таблички, указывающие на запрет курения и призывающие застегнуть ремни, а командир лайнера в это время повторял свою речь на английском языке. Путешествие действительно должно было быть приятным, ведь это первая ее поездка в Африку, пусть даже и всего лишь в Кению. Это же только начало ее работы с ядами. Надо же откуда то начинать. И желательно оттуда, где ее не смогут достать власти.
Анна прикрыла глаза, откинулась на жесткую спинку, руки машинально схватились за видавшие виды подлокотники, пальцы почувствовали приятную твердость и реальность подлокотника, не хотели его отпускать.
В иллюминаторе были видны снующие люди, которые разгружали тележку с багажом, наполняя брюхо соседнего самолета. Анна открыла глаза и без интереса посмотрела в иллюминатор, на человечков, снующих в зеленой форме возле тележек. Они не очень-то заботились о сохранности багажа, учитывая его способ перемещения на борт.
Стал слышен нарастающий гул двигателей. Руки у Анны вспотели. Она не боялась летать, знала, что это самый безопасный транспорт, но все равно беспокойство начинало точить когти внутри нее, заставляя представлять картинки авиакатастроф. Но, естественно, как свойственно всем людям, где-то намного глубже в подсознании сидел самодовольный жирный божок, который твердил: это может случиться с кем угодно, но только не со мной!
Стюардесса в проходе показывала стандартные действия в случае катастрофы. Анна прикрыла глаза и откинулась на спинку, намереваясь несмотря ни на что задремать, но бубнеж стюардессы раздражал.
Громко цокнув языком, Анна снова села ровно и уставилась в иллюминатор. Там ничего не изменилось, и, поглазев несколько мгновений на взлетно-посадочную полосу, Анна стала рассматривать соседей.
Справа от нее сидел дедуля на вид лет шестидесяти. Анна довольно явно принюхалась, и с облегчением приподняла уголки рта в полуулыбке, адресованной больше своему эго, чем соседу – от деда не воняло. Через проход сидела маленькая девочка, лет девяти на вид. Она внимательно смотрела на действия стюардессы, а ее руки перебегали с коленок, одетых в джинсы, на спинку впереди стоящего кресла, затем на свои волосы, и снова на коленки. Девочка сидела одна.
Перед Анной сидела вероятнее всего парочка, потому что они негромко переговаривались между собой, и время от времени слышны были сжатые женские хихиканья и полусмешки.
Анна обернулась, чтобы оценить соседей сзади – ими оказались два амбала, которые судя по всему не были знакомы – оба сидели в наушниках и делали вид что вокруг них никого нет. Ее внимания они не заслуживали, поэтому Анна снова уставилась в иллюминатор. Нервозность немного отпустила ее, и она решила посмотреть журнальчики, лежащие в кармане сиденья.
Спустя несколько минут самолет плавно двинулся, выруливая на взлетно-посадочную полосу. Анна бросила рекламный журнал на пол под ноги и уставилась в иллюминатор – всяко веселее.
Самолет постоял на полосе, пропуская на взлет тот, что вырулил раньше, а затем двинулся вперед, разгоняясь с каждой секундой.
Лайнер бежал по полосе все быстрее, затем на секунду возникло ощущение, что пол проваливается, а потом земля стала быстро удаляться. По салону прошелся одобрительный гул.
Несмотря на табличку, призывающую оставаться на местах и держать ремень застегнутым, Анна встала, и, хорошенько пнув задремавшего деда в бок локтем, пошла в сторону кухни и туалетов.
– А когда будет разноситься еда и напитки? – голос ее был наглым и самоуверенным, как всегда.
– Девушка, вернитесь пожалуйста на свое место – улыбка сидела на лице стюардессы как приклеенная, – при взлете нельзя передвигаться по салону.
– Просто ответь мне, и я сяду! – капризный голос взрослого ребенка, считающего, что все вокруг ему обязаны. Но с лица стюардессы улыбка никуда не делать, лишь в глазах промелькнула тень.
– Напитки и закуски будут поданы в соответствии с расписанием полета, – стюардесса не нахамила, но и не ответила, и Анна пришла в ярость.
– Простите, пройдите пожалуйста на свое место, во время взлета запрещено передвигаться по салону лайнера – издевательская улыбка стюардессы вывела Анну из себя, но она понимала, что за буйное поведение на борту самолет могут просто вернуть в аэропорт, поэтому развернулась и пошла на место.
При виде нее дедуля предупредительно собрал ноги в кучку, чтобы ей было удобно проходить, и постарался вжаться в кресло, чтобы ее острые локти не достали его. Анну это позабавило, и она злорадно ухмыльнулась.
