Взглянув на указатель уровня бензина, Ёрш понял, что она права.
— Это ваш автомобиль?
— Сынок, ты ведь не из Южного Бронкса? — Брюнетка прищурилась. — Знаешь, ты как две капли воды похож на того актера… На Брэдли Питта!
— Вообще-то я не из Бронкса, — ответил Ёрш. — В центре живу.
Брюнетка подцепила замок двери средним пальцем.
— Зачем ты приехал в Хантс-пойнт, Брэдли? На свидание?
— Я ищу мальчиков. Двух маленьких мальчиков, Быстрого и Ловкого.
Брюнетка засмеялась, потом закашлялась, потом снова засмеялась. Ее нижняя губа не шевелилась и даже при смехе закрывала зубы.
— Мальчиков? Ты не на той улице, Брэдли! Тебе в Эджуотер нужно!
— Нет, улица правильная, — покачал головой Ёрш. — Здесь были два маленьких мальчика, они подбросили в машину трупик щенка, положили в бумажный пакет и подбросили, потом подошли к окну и ощупали мне лицо. — Ёрш хмыкнул и постучал по рулю.
— Брэдли, здесь лучше не задерживайся! Найди телефон, позвони матери и позови ее на помощь!
— Матери нет. Зова тоже.
— Тогда папашу, все равно кого! — Брюнетка поджала губы. — Главное, здесь не сиди, а то затрахают!
— Я хочу, чтобы меня трахнули, — заявил Ёрш.
— Что?!
Ёрш нахмурился, отодвинулся от окна и спрятал ладони между коленями.
— У меня есть деньги. Шестьсот долларов.
Брюнетка опустила очки на кончик носа, точь-в-точь как строгая учительница.
— Шестьсот долларов? — переспросила она. — С собой?
Ёрш кивнул и послал ей воздушный поцелуй.
Дверца со скрипом распахнулась, мотор заурчал, и они покатили вдоль домов, или его за локоть выволокли из салона. Улица — пылающие рвы — масляно-черные птицы. Песня Быстрого и Ловкого проигрывалась наоборот. Сладкая парочка наблюдала за ним с крыльца. Ёрш помахал им рукой, и мальчишки рассеялись, словно дымка. За ним они пойти не могли.
Брюнетка отвела его туда, где улица горбилась, сужалась и подворачивалась под себя, как Уроборос. Вскоре они смотрели на здание с ярко-зелеными ступеньками. На пожарной лестнице стоял пудель с пластиковым колпаком на голове. «Может, в колпаке он лает громче?» — подумал Ёрш. Вспомнилась собака на старых пластинках отца, которые выпускала фирма грамзаписи под названием «Голос его хозяина». «Какой голос? — гадал Ёрш. — Какого хозяина?» Они прошли в фойе с неровными серыми стенами, поднялись по треснувшей, усеянной подтеками лестнице и через узкий коридор попали в пятиугольную комнату.
— Как тебя зовут? — спросила брюнетка. Она быстро стелила постель.
— Ёрш.
— Разве это имя? Так, кликуха!
— Ёрш — это рыба, коктейль, ну, еще так можно звать собаку.
— Собаку, значит? Похотливого песика? — уточнила брюнетка и стянула джемпер. — По мне, так ты больше похож на бельчонка, но песик так песик. Имен по паспорту мне все равно никто не называет.
Ёрш не ответил.
— У меня тоже кликуха есть, — заявила брюнетка. — Из-за очков меня зовут Секретаршей. — Она швырнула джемпер на пол. — Терпеть их не могу!
— Кто вас так зовет?
Брюнетка села на кровать и пожала плечами.
— Они… Сучки обсосанные!
— Секретарша, — медленно, точно смакуя прозвище, произнес Ёрш и коснулся ее волос.
— Нет, песик, лапать еще рано! — Секретарша кашлянула и оттолкнула его руку. — Иди, сядь со мной! — Она подняла правую ногу и расстегнула туфлю. Нога казалась мягкой, как у ребенка. На лодыжке темнели волоски, зато ступня так и лоснилась. Секретарша опустила правую ногу и подняла левую. «Зачем она снимает туфли? — недоумевал Ёрш. — При чем тут туфли?» А если… Если он неправильно представляет сам процесс? Глядя, как раздевшаяся до белья Секретарша массирует пятки, он четко понял одно: сейчас это случится при любом раскладе.
Пока Секретарша готовилась, Ёрш разглядывал комнату. За плотными шторами мелькали и раскачивались неясные силуэты. Неожиданно подступили тревоги, но Ёрш решительно их отогнал и сосредоточился на созерцании обстановки. Вот дверь, притаившаяся у дальней стены за комодом. Вот каплевидная лампа, мерцающая, как свеча. Вот фотография мужчины в форме. «Вероятно, отец Секретарши», — подумал Ёрш. Стену, у которой стояла кровать, украшали завитки желтой бумаги. Они трепетали в такт его дыханию со звуком, напоминавшим топот загнанных в коробку тараканов. Через какое-то время Ёрш понял, что это за бумажки.
— Квитанции! — воскликнул он, показав на желтые «фестончики».
Секретарша аккуратно развешивала свою одежду.
— Это мой дневник, — уточнила она. — Вещественное доказательство.
— Доказательство?
— Да, песик, именно!
Ёрш промолчал: что тут скажешь? Секретарша быстро складывала джемпер.
— Как ваше имя по паспорту? — спросил Ёрш.
Секретарша вздрогнула и пристально посмотрела на него. Теперь комната казалась Ершу меньше, чем сначала. Он повернулся к стене и принялся считать квитанции.
— Мария Виллальегас, — ответила Секретарша, точно посвящая его в тайну. — Можешь прочесть его на квитанциях, если буквы знаешь.
— Мария Виллальегас, — повторил Ёрш. Имя казалось хрупким, как льдинка. — Виллальегас, — старательно проговорил он. — Правильно, да?
Секретарша разгладила простыни, усадила Ерша на кровать и расстегнула молнию на его джинсах.
— Лучше зови меня Секретаршей!
