Эвка хотела сказать, что фон Эйтману деньги не нужны, если он даже не знает, зачем на работу ходят. А вот то, что он лучший сыскарь, стало для девушки сюрпризом. И еще бо́льшим сюрпризом стал тот факт, что его она ощущает даже перевернутым лицом к стене. Ой, неспроста это все, неспроста. Только озвучивать это она не стала, а просто пообещала попытаться поговорить. Иногда у Рихарда проскакивали зачатки человечности. И Эвка очень понадеялась постараться вытащить кусочек человеколюбия из этого красавца и бабника.
Но сначала у Эвки было другое дело. Раз вид наследника Синих гор успокаивает ее расшалившиеся нервы даже перевернутым лицом к стене, нужно срочно найти его магснимок и не расставаться ни на минуту. Попросить у теры Эннари? Эту мысль она отвергла сразу.
— Новый скандал в Доме терпимости матушки Киви! Новый скандал в Доме терпимости матушки Киви! — раздался рядом звонкий голосок разносчика вестей. — Рихард фон Эйтман отказался платить по счетам!
Девушка тут же навострила уши. Ей было абсолютно все равно, что Рихард почему-то не заплатил. Узнав его чуть лучше, она просто была уверена, что на это была веская причина. А вот то, что он пошел в Дом терпимости, неожиданно кольнуло. Хотя, какое ее дело, где он удовлетворяет свои низменные потребности? Тут же пришла другая мысль, а как он там…. Если нигде и не перед кем не раздевается? Не демонстрирует свою чешую не теле? А вот следующая мысль показалась очень здравой. Магснимки последнее время прочно вошли в моду. И каждый лист вестей украшали чьи-то портреты. А уж если сам Рихард фон Эйтман нагрешил, то скорее всего его портрет там есть обязательно. Именно это ей и было нужно.
Эвка подозвала парнишку и купила один экземпляр. Быстро его развернула. С первого листа на нее смотрел лощеный красавчик с синими глазами и черным шелком волос. На душе стало сразу тепло и приятно.
— Элмак, какая противная зависимость! — решила девушка. — Интересно, когда она пройдет? К лекарю с ней не пойдешь. Засмеет.
А затем быстро нагнала парнишку и скупила весь имеющийся у него тираж. Нынешняя зарплата ей вполне это позволяла. Свернув листы в тугую трубочку, упаковала все в свой ридикюль, благо она выбирала сумку побольше, под свои размеры. Теперь нужно было где-то разыскать героя сегодняшней передовицы и попросить у него помощи.
Вернувшись домой, вытащила из сумки стопку ведомостей и сложила ее в ящик комода. Затем, немного подумав, решила, что один экземпляр нужно иметь всегда при себе. В платье, как назло, не было ни одного кармана. Подумав, она ловко вырезала магснимок, сложила его в несколько раз и засунула в извечный женский сейф: в бюстье.
Посмотрев на часы, обнаружила, что рабочий день в разгаре. Хотя тера Эннари обычно задерживалась на работе допоздна. Только она могла помочь в непростом деле розыска собственного брата, в каком доме терпимости он бы ни обитал в настоящий момент. Пригладив волосы и поправив белый воротничок на платье, девушка пошла в рабочую зону.
В конце перехода ей встретился Ганс. Сегодня, завидев свою компаньонку, он тепло улыбнулся Эвке:
— Привет, лучшая помощница теры! — и помахал рукой.
— Привет! — девушка ответила ему тем же. — Вы сегодня не отдыхаете?
— Тера дала мне выходной, но боюсь, в мое отсутствие дела сами себя не сделают, — безопасник пожал плечами. — А ты чего на работе?
— Да проблема одна нарисовалась, — девушка махнула неопределенно рукой. — Хотела с терой Энн переговорить. Она на месте?
— Была, — ответил Роттенберг.
Когда подошла к посту охраны, нечаянно стала свидетельницей разговора дежурных:
— О, неужели наш святоша на путь истинный встает? — негромко хмыкнул один секьюрити второму.
— Похоже на то! — ответил второй и пробежал сальным взглядом по Эвкиной фигуре. Девушке этот взгляд совсем не понравился. Она свела брови на переносице и одарила мужчин презрительным взглядом. Оба тут же замолчали и сделали вид, что они не при чем.
Эннари работала в кабинете, впрочем, как обычно. Эвка коротко постучала особым сигналом, с помощью которого можно было входить в кабинет к начальнице без согласования, и толкнула тяжелую дверь.
Хозяйка подняла голову, разглядывая, кто вошел, а затем ухмыльнулась и вопросительно выгнула бровь:
— У тебя же выходной или я ошибаюсь?
— Да, тера Энн, спасибо, тера Энн! — Эвка присела в легком книксене. Уместен ли тот пережиток аристократического прошлого в святая святых нарождающейся буржуазии, вопрос отдельный. Просто девушка пришла к хозяйке с очень странной просьбой, и от этого стеснялась и смущалась. А выверенный годами протокол поведения всегда спасал в таких вот непонятных случаях. Порядок действий был зИррейее расписан, и их можно исполнять не думая.
Эннари поморщилась. Не любила она подобострастия. Да и за тирой Руи такого раньше не замечалось. Банкирше даже интересно стало, что от нее хотят. Поэтому она пришла на помощь совсем засмущавшейся девушке:
— Эванджелина, ты что-то хотела?