Очнулся я от холода и оттого, что руки мои ужасно затекли. Открыв глаза, попытался вспомнить, что со мной и где я. Голова запульсировала болью, а кто-то рядом со мной сдавленно охнул. Лежал я на каменном полу в полной темноте, так что осмотреться у меня не вышло. Медленно я вспомнил все, что со мной и Беллой произошло в трактире, и что последней моей мыслью было об отравленном вине, что полностью подтверждалось.
– Белла, ты здесь? – Позвал я девушку, переворачиваясь на бок и садясь на пол.
– Здесь. – Ответила девушка, и справа послышалось слабое шевеление.
– У тебя руки связаны? – Поинтересовался я через минуту, поняв, что освободиться от веревки не выходит.
– Угу. – Угрюмо подтвердила Белла. – Как думаешь, за что нас?
– За что не знаю, но ничего хорошего явно ожидать не стоит. Надо отсюда как-то выбираться!
– Как? Мы неизвестно куда попали, связанные, да и куда дальше идти, и то не знаем! – В голосе девушке проскользнули плаксивые нотки.
– Идти-то, мы знаем куда. – Не согласился я с ней. – А вот просто так дожидаться своей участи я не намерен! Сиди не дергайся, я сейчас попробую освободить твои руки.
Встав на четвереньки, я первым делом заехал лбом в спину девушки, отчего мы вместе завалились на пол. Белла только слабо пискнула, когда я придавил ее своим телом. Но так даже оказалось удобнее. Добравшись зубами до веревки, которая опутывала руки девушки, я принялся за распутывание узлов. Вот только чем больше я пытался распутать узел, тем больше этот узел стягивался. Тут еще повлиял тот факт, что веревка от моей слюны быстро намокла, а была она хоть и не очень толстой, но невероятно крепкой. Провозившись минут десять я понял, что все мои попытки будут безрезультатны.
– Не выходит. – Выдохнул я и снова сел на пол.
– Но даже если мы освободимся от веревок, то как мы дальше из этого подвала уйдем? – Задумчиво спросила девушка.
– От веревок еще освободиться надо. – Уныло ответил я. – Если бы освободились бы, то обязательно что-нибудь придумали.
– Точно? – Уточнила Белла.
Я задумчиво кивнул, а потом вспомнив, что в темноте же ничего не видно, поспешно добавил:
– Уж поверь мне!
– Ладно, тогда теперь твоя очередь сидеть и не дергаться. – Сказала Белла, а потом усмехнулась и добавила. – И не бойся я тебя не съем!
– Чего мне…
Было начал я, но за моей спиной происходило что-то явно необычное. В камере, а мы по сути были именно в ней, как-то по особенному сгустился воздух, и… меня кто-то лизнул в руку! Волк! Вернее волчица, мягко клацнула зубами, и мои руки оказались свободны. Стараясь не делать резких движений, я медленно обернулся и сказал:
– Спасибо, а теперь давай обратно. Я тебя развяжу, и пойдем отсюда выбираться. – Развязывать ее мне не пришлось, так как пут на волчице не было.
В ответ мне волчица жалобно заскулила. Она как будто поняла меня, но вот назад перекидываться не спешила, или просто не могла. Почесав репу, я решил, что Белла по каким-то неизвестным мне причинам или не хочет или не может превратиться обратно в девушку. О чем я и спросил у своей напарницы. В ответ она утвердительно лайнула.
– Что за чертовщина? – Удивленно раздался за дверью чей-то удивленный возглас. – Ведь никаких собак здесь не было! Эй, Арге иди сюда! Надо камеру проверить!
Послышался лязг засова и дверь начала медленно приоткрываться. Я, как только мог, метнулся к двери, с удивлением обнаружив, что мимо меня молнией метнулась волчица, ведь небольшая полоска света уже проникла в нашу темницу. Дверь в камеру открывалась наружу и волчица в прыжке передними лапами помогла распахнуться двери полностью. Удар был страшен, вернее не сколько удар, а грохот от того, что дверь ударив охранника с грохотом врезалась в стену. Я ни секунды не медля выскочил в коридор и столкнулся нос к носу со спешившим на помощь к своему неудачливому коллеге тюремщику. Насколько он оказался удачлив, я ответить затрудняюсь, поскольку боковой в челюсть и вдогонку ногой в шею, я отправил его в глубокий нокаут. Все произошло настолько быстро, что я не успел, не только удивиться, но и испугаться, хотя у потерявшего сознание моего визави был обнажен меч. За моей спиной раздался злобный рык волчицы и, повернувшись к ней, я застал интересную картину. Отпиравший дверь охранник лежал на спине и таращился на оскаленные клыки огромной пегой волчицы, а от клыков до шеи охранника было всего пара сантиметров.
– Лжи и не дергайся, если жить хочешь! – Сказал я тюремщику, а сам подобрал меч и подошел к ним. – Белла посторожи того, с этим я справлюсь!
Волчица недовольно рыкнула, и напоследок щелкнула пастью перед самым носом насмерть перепуганного тюремщика. А что он перепуган говорило то, что из под него вытекала неприятная лужа. Белла тем временем грациозно потянулась и медленно сошла с груди охранника, направившись ко второму. Второй же охранник не подавал никаких признаков жизни, хотя я не настолько сильно его бил. Вероятно, он решил, что лучше считаться без сознания, нежели показать свою заинтересованность происходящим.
– Охраны здесь сколько? – Спросил я лежащего на спине тюремщика.
