– Конечно, – кивнул головой мой собеседник. – Занимаюсь давно, но я не спелеолог, а скорее спелеотурист.
– То есть? – не поняла я.
– Смотрите, людей, которые спускаются в пещеры, делят на два типа: спелеологи и спелеотуристы. Первые – это исследователи пещер, среди них много ученых, которые открывают новые подземные ходы, добывают образцы породы, воды, а также проводят эксперименты. Цель у них – понять, каким был климат на Земле миллионы лет назад, как эволюционировала планета и организмы, как жили предки человека… То есть у спелеологов интерес научный, в отличие от спелеотуристов, кем я и являюсь. Спелеотуристы спускаются в пещеры ради спортивного интереса и новых ощущений. Раньше я занимался скалолазанием, тренировался на скалодроме, а потом узнал, что у нас в городе открылась секция спелеологии. Мне захотелось попробовать что-то новенькое, хотя спелеология со скалолазанием имеет много общего. Например, и альпинисты, и спелеологи должны уметь работать со снаряжением и веревкой, лазить по скалам. Но спелеология в какой-то степени проще, потому что там главный навык – научиться вязать узлы, передвигаться в страховочной системе, правильно крепить карабины. В спелеологии нет сложных тренировок вроде тех, что проводят для альпинистов, поэтому в нашей группе много новичков без опыта. Да и требования к занимающимся в секции минимальны, достаточно интереса и желания учиться, а остальное покажут в клубе. У нас в Тарасове, конечно, не такая сильная школа спелеологов, как в Красноярске, на Урале, в Санкт-Петербурге, Москве или в Крыму, потому что в области нет такого количества пещер, как в тех городах, которые я перечислил. Но радует то, что спелеология здесь начала развиваться, и я очень надеюсь, что клуб не загнется.
– Признаюсь, я и не подозревала, что в Тарасове кто-то изучает пещеры, – проговорила я. – Даже не припомню, какие у нас есть пещеры…
– Самая известная – это пещера Кудеяра в селе Лох близ Новых Бурас, – сказал Александр. – Я был там неоднократно. Конечно, пещера там очень маленькая, возможно, раньше она и была больше. Названа она в честь разбойника Кудеяра, который, по легендам, прятал в ней награбленные богатства. К пещере ведет крутой подъем, а сама она очень низкая, можно пробраться ползком. И далеко там не залезешь, проход давно завалило. Но туристы охотно посещают данную достопримечательность, можете поискать в интернете, сразу найдете. Есть пещеры подальше от города, но они тоже не особо большие. В одну из них, кстати, мы собираемся поехать на этих выходных. Цель похода скорее ознакомительная, то есть проведем разведку и изучим местность, заодно выясним, есть ли в пещере проход вглубь. Она находится в каменоломне, но даже если прохода в пещеру нет, выездная тренировка по спелеологии состоится. Если вам понравится занятие в клубе, можете поехать вместе с нами, потому что кроме спуска в пещеру будет проведена лекция по спелеологии. Я буду рассказывать о технике безопасности, типах пещер, о том, как нужно передвигаться по пещере, ну и так далее. Послушать будет полезно, если вы интересуетесь спелеологией.
– Спасибо, я воспользуюсь вашим предложением! – пообещала я. – Тем более что Стас Михеев мне рассказывал про занятия, ему они очень нравятся! Он рад, что вы посоветовали ему посещать тренировки в вашем клубе!
– Да я ничего такого не сделал, просто разговор зашел об увлечениях, – пожал плечами Шевцов. – В «Орионе» я работаю недавно, а со Стасом у нас как-то сразу наладились отношения. Удивительно, что раньше мы с ним нигде не пересекались – он и парашютным спортом увлекается, и на скалодроме занимался, как и я, и еще где только не был… А познакомились с ним только тут.
– Да, по Стасу видно, что он – человек увлекающийся… – заметила я. – Часто он на работу с синяками приходит?
– Бывало, – хмыкнул мужчина. – Но сегодня что-то его сильно потрепало… Слышал мимоходом, что он с парашютом не очень удачно прыгнул, и как его угораздило? С его-то опытом!
– И на старуху бывает проруха, – проговорила я. – Как я понимаю, вы с ним вместе занятия по спелеологии посещаете?
– Ну да, – кивнул Александр. – Он не пропускает тренировок.
– И много людей в клубе?
– Около десяти – те, кто ходит постоянно. Есть еще ребята, которые приходят один раз, но понимают, что спелеология – это не их, и больше в клубе не появляются. Ну, или возникают проблемы с покупкой снаряжения, на первое время оборудование выдается, а потом желательно приобрести свое. А это удовольствие недешевое, не каждый согласен потратить на хобби порядка тридцати тысяч, я не беру в счет одежду и обувь. Если посчитать, веревка, крепления, каска и прочие вещи в общей сложности выйдут в двадцать шесть – двадцать семь тысяч, и это не предел. Ну а те, кто давно занимается в клубе, участвуют не только в выездах, но и в соревнованиях.
– Разве существуют соревнования по спелеологии? – удивилась я.
