В большой тарелке шевелились, переползая друг через друга прозрачные красные червяки. На соседнем блюде плавали в алом штуки, до изумления напоминающие отрубленные пальцы, в высокой вазочке горкой были выложены дохлые мыши... Дитц отвернулся и решил больше в ту сторону не смотреть. Паскуле вывел его в короткий коридор и раскрыл дверь. Дневной свет ударил по привыкшим к полумраку глазам... Дитц поморгал.
Широкую мощеную площадку заднего двора окружали невысокие каменные стены. Еще здесь были ворота, сейчас запертые, но главным украшением, несомненно была здоровущая статуя, изображающая дремлющего дракона.
- Какая красивая статуя, - заметил Дитц, выйдя на свет.
- Это не статуя, - торжествующе сообщил Паскуле. - Это - твоя последняя ошибка.
Паскуле шустро нырнул обратно в коридор. Тяжелая дверь захлопнулась. Статуя открыла желтый глаз с вертикальным зрачком...
И Дитрих дракону не понравился совершенно. Дракон вообще был не в настроении.
- Тирих, нет! - прозвучал чей-то твердый окрик.
Дракон недовольно сел обратно.
- Ты не очень испугался? - спросил Дитриха мальчик, вышедший из-за драконьего бока.
У мальчика было приятное открытое лицо и голубые глаза. Волосы у него были совершенно белые, но от висков шли две черные пряди.
- Вообще-то очень, - стеснительно признался Дитц. - Я первый раз вижу дракона. Какой красивый!
Мальчик подавился смешком:
- Он же тебя чуть не съел.
- И что? А из-за чего он так переживает?
- Что?
- Ну, - попытался объяснить Дитц. - У него плохое настроение, из-за того, что он за кого-то сильно переживает.
- За сына, - у мальчика сделалось странное выражение лица. - Пойдем.
Этот дракон был меньше, намного. Он лежал за крылом старшего дракона, грустно положив морду на хвост. Перед ним лежала половинка нетронутой коровьей туши.
- Я говорил папе, что Уита надо оставить дома, что он нездоров, - грустно сказал мальчик. - Но папа... "если он сильный - он выживет, а если слабак - туда ему и дорога", - передразнил он.
- У него зуб болит, - сказал Дитц. - Не удивительно, что он ничего не ест.
- Зуб? Уит... открой-ка рот, - скомандовал мальчик.
Рот был отличный - с пару больших корзин.
- Эм... он меня не съест, если я в зубы полезу? - с опаской уточнил Дитц.
- Я придержу. Кстати, я - Ариман, - протянул руку мальчик.
- Дитрих. Можно Дитц.
- Тогда можешь звать меня Рим.
Рим с серьезным видом взялся одной рукой за клык в нижней челюсти, другой - за клык в верхней челюсти:
- Держу!
