Дитц скатился со стула на диван; он видел сердитое Алькино лицо, но не мог прекратить хохотать.
- А с чего ты вообще взял... - выговорил он сквозь смех, - что я могу в нее влюбиться?
- Она такая хорошая и такая красивая... Она как солнце.
- Алька, - Дитц наконец сумел взять себя в руки. - Я тебе обещаю, я не буду в нее влюбляться. Честное слово.
- Ты же видел, какая она красивая, - вздохнул Алька.
- Как по мне, так обычная девчонка, - пожал плечами Дитц. - Рыжая. Косички красивые, но так - ничего особенного...
- Это потому что ты ее вживую не видел, - вздохнул Алька. - А как увидишь - обязательно влюбишься, - повесил голову он.
- А по-моему Хильда намного красивее вашей принцессы, - пожал плечами Дитц.
- Хильда? - хихикнул Алька, - Да ты что! Она же ну... просто Хильда! А вот Эленор, она...
- Я тебя понял, - кивнул Дитц. - Как выручу ее, обязательно расскажу, как ты отважно бросился путешествовать по другим мирам, чтобы ее спасти...
Алька покраснел так, что почти слился со своим костюмчиком.
***
Больше всего... нет, не так. Меньше всего на свете Дитриху нравилось, когда в занятиях наступали перерывы и ему приходилось выходить из башни. Не потому, что он внезапно стал таким уж прилежным учеником.
Самым худшим было общение со сверстниками. И то, как на это реагировал Алька. Эйвин держался лучше, Хильда похоже толком не понимала, что происходит, а вот Алька расстраивался почти до слез.
Сперва то, как Дитц себя вел приводило окружающих в недоумение. А вот дальше они начинали реагировать. И если взрослые недолюбливали Дитриха молча, то сверстники начинали издеваться. А Дитриху приходилось делать вид, что он этого не понимает.
Так, например Бьярт, друг Эйвина, завел манеру называть Дитца титулом "могущественный", "о будущий великий маг" и все такое прочее. При этом он исхитрялся сохранять лицо абсолютно серьезным, чего не скажешь об окружающих - мальчишки и девчонки отворачивались, сопели, и начинали насвистывать. Нет, Дитриху и самому было смешно на него смотреть и не раз приходилось вспоминать несчастного щенка, чтобы не прыснуть, но это была его реакция. Мальчик, которого он изображал реагировал по-другому - он принимал все за чистую монету и начинал ужасно важничать, чем доводил окружающих практически до истерики.
Между бровей Эйвина в такие моменты залегала хмурая складка. Впрочем, никто не удивлялся - ведь по легенде Дитц приходился ему троюродным братом, а кому приятно, когда твой брат такой индюк!
