У великого бога Анубиса украли Весы Истины. Без них Осирис не сможет вершить суд над душами умерших. Под угрозой репутация и положение Анубиса. Раскрыть это преступление может только человек из другого мира. Выбор судьбы пал на Адама — простого водителя трамвая.
— Остановка «Пионерская», конечная. Трамвай идёт в депо. Прошу всех покинуть вагон.
Кого всех? Произношу привычную фразу на автомате, хотя салон за моей спиной абсолютно пуст. На часах 23.30. Пассажиры в такое время бывают редко. Хотя…
Глянув в зеркало заднего вида, я понял, что сегодня как раз произошёл такой случай. Из второго вагона выскочила и тут же запрыгнула в первый Раиса, кондуктор. Она галопом пронеслась по салону в мою сторону. И это было удивительно. Рая никогда никуда не спешила. Обычно эта немолодая и довольно обширная женщина с ярко-красной копной волос продвигалась по салону трамвая как ледокол «Челюскин». Она медленно отрывала билет, и если кто-то возмущался, отвечала:
— Жизнь хороша, когда течёт не спеша.
На этот раз женщина двигалась быстро и была сильно встревожена.
— Что случилось, Раечка?
— Адамчик, там пассажир какой-то странный.
Пришлось закрыть кабину и отправиться смотреть на то, что так разволновало мою напарницу. По дороге Раечка беспрерывно говорила:
— Понимаешь, я не могу вспомнить, на какой остановке он зашёл. Вроде уже и не было никого и вдруг, смотрю, лежит на заднем сиденье. Я к нему: зову, толкаю, а он не откликается. И главное, — Раечка понизила голос, — почти голый.
Только этого не хватало. Напился поди, да и попал под раздачу. Если мужика ограбили, раздели, придётся полицию вызывать. Во сколько же я дома буду?
Внутри закипала злость, но только до того момента, как я увидел странного пассажира. В последнем ряду второго вагона сидел парень и удивлённо смотрел по сторонам. Нельзя было сказать, что он голый, но одет человек явно не по погоде. Его мускулистое смуглое тело было прикрыто только набедренной повязкой. На ногах сандалии из кожаных ремешков, а на голове какая-то полосатая тряпка намотана. Полотенце, что ли?
— Эй, парень, надо выходить. Вагон дальше не пойдёт. Ты что, свою остановку проехал?
Незнакомец посмотрел на меня и что-то залопотал на незнакомом языке.
— Батюшки, иностранец! — всплеснула руками Раечка, — Давай его выведем и посадим на остановке. Может, патруль мимо пройдёт.
— А если не пройдёт? Замёрзнет же. На улице не май месяц. Хоть небольшой, но всё-таки минус. Да и жалко парня. Заберут его в участок, и будет там ночевать с бомжами.
— Так, а что делать-то?
— Поедем в депо, а потом я его увезу. Переночует у меня. Утром разберёмся.
Раечка пожала плечами и села подсчитывать выручку, а я вернулся на водительское место.
Створы огромных дверей распахнулись и в тронный зал верховного бога Египта вошёл Анубис — бог с головой шакала. Он прошёл уверенной походкой из одного конца помещения в другой, туда, где на возвышении стоял большой золотой трон. По периметру зала замерли стражники. Каждый из них был вооружён длинным изогнутым ножом.
На троне восседал демиург. Его величественный вид вызывал страх и восхищение. Он грозно смотрел на вошедшего.
Могучий воин приблизился к трону, опустился на одно колено и произнёс:
— Приветствую тебя, великий Атум-Ра, создатель всего сущего, дед деда моего.
Произнёс и опустил голову в почтительном поклоне. Несколько секунд тянулось молчание, затем демиург произнёс:
— Встань, Анубис. Что привело тебя ко мне?
Молодой бог поднялся и начал свой рассказ:
— Создатель, кто-то хочет поссорить меня с отцом. Ты знаешь, многие годы я верой и правдой служу Осирису. Слежу за точным проведением мумифицирования и погребальных ритуалов, являюсь стражем весов на суде в подземном мире. Отец мне доверяет, но сегодня, когда он узнает о моём позоре, Осирис отвернётся от меня.
— О каком проступке ты говоришь?
— Пропали Весы Истины, — ответил Анубис, и голос его прозвучал глухо, как будто доносился из-под земли.
Атум-Ра поднялся с трона, спустился с возвышения и, подойдя к праправнуку, заговорил:
— Когда много-много лет назад я появился из вечного хаоса, я мечтал основать новый мир. Он должен был получиться великолепным, совершенным. Я создал детей: сына Шу — бога воздуха, и дочь Тефнут — богиню влаги. У них тоже родились дети: Геб — бог земли, Нут — богиня неба. Затем появились Осирис, Исида, Сет, Нефтида. Я так гордился своими потомками. Все они стали достойными основателями целых династий богов.
По мере того как Атум-Ра говорил, его голос делался всё громче. На последней фразе он зазвучал поистине громоподобно и вдруг оборвался. Глаза создателя метали молнии. Прародитель грозно смотрел на Анубиса. Затем вернулся на свой трон и продолжил.
— С тех пор как были созданы люди, я стал замечать, как начали меняться мои потомки. В них стали проявляться пороки и недостатки существ, стоящих гораздо ниже богов по рождению и предназначению.
— Что же мне делать, Создатель? — снова задал свой вопрос Анубис, поняв, что продолжения речи не будет.
