Да, мистер Харпер очень хорошо знал свою дочь.
— Что скажешь? — посмотрела она на меня.
— Жаль, конечно, — я посмотрел на нее в ответ. — Но только то, что мы расстаемся сейчас. А так, думаю, мистер Харпер прав. Ты ведь и сама этого хочешь.
— То есть… — протянула она. — Все нормально? Ты не влюбился в меня до беспамятства и не обижаешься?
Я хмыкнул.
— Разумеется, влюбился. И жутко обижаюсь.
— Это хорошо, — выдохнула она с облегчением, правильно считав мою иронию. — Знаешь… была мысль. Будь я постарше… не знаю, лет на десять. Тогда может быть. А так… я пока просто не знаю, кто я. Потому я и хочу поехать.
— Я прекрасно тебя понимаю, Оливия.
Если же говорить о том, не влюбился ли я?.. Да вроде и правда нет. Девчонка она немного себе на уме была, но классная. Вот только сколько я ее знал? Полтора месяца? Можно вообще в кого-то влюбиться за такое время? Одна золотая черепаха знает…
Сказать по правде, для меня это вообще была неизведанная территория. У меня были друзья, были подопечные, но девушек
Ну а тут… тут еще все было впереди.
Точно я знал только одно.
— Оливия, — встав с кровати, я подошел к девушке. — Если будет нужна помощь. Любая. Звони. Я помогу. Уж другом моим ты точно всегда будешь.
— Ой, то же мне…
Она сделала надменный вид и «помахала мне ручкой».
Ее иронию я тоже понял правильно.
Почти на две полных недели в Праджисе наступило затишье, что, сказать по правде, настораживало. Жизнь меня научила, что лучше поскальзываться на банановой кожуре раз в день, чем не знать горя месяцами, а потом расплатиться за все сразу.
Потому и использовать подобные передышки я привык по максимуму. И с головой погрузился в работу. И начал с испытаний «Заступника», как я решил назвать личные защитные амулеты. Подпряг на это дело Манна, Оливера и Аарона, после возвращения из Доминиума (8) ставшего системником крепкого второго ранга. Договариваясь с ними по очереди, я натравливах их на Грубера, который должен был защищаться с помощью одного только амулета. Такой подход одно за другим обнаруживал слабые места, но постепенно дело шло. В итоге я надеялся получить по-настоящему универсальное средство.
— Ты с ним хочешь на выставку ехать? — уточнил Манн во время одного из испытаний.
— Пока не знаю, — ответил я. — Может еще придумаю что-то.
— Две недели осталось.
Я кивнул:
— Успею. Если что, поедем с амулетом.
— Да, и определись с презентацией уже. Даже обычный стенд сделать нужно будет время.
На это я только еще раз кивнул.
Если для Манна важен был сам факт участия, то я не собирался просто пройти предконкурсную проверку и на этом успокоиться. Нет, я хотел и на самой выставке внимание на себя обратить. С одной стороны, конечно, опасно — важно было не переборщить. С другой — терять такой шанс было нельзя. Выставка — это сразу и знакомства, и заказы. И, возможно, выход на Гильдии. Уж из Гильдии Артефакторов (7) там люди точно будут.
Через Коула, я узнал, что простое членство в ней можно было получить оплатив взнос в сотню тысяч колоннисов и отдав Гильдии патент на свое изобретение. Причем, именно что «отдав». Помимо полного разъяснения сути изобретения, артефактор обязан был еще и правами на использование поделиться. И отделаться репликой какого-нибудь известного артефакта тоже было нельзя. Либо отдавай что-то по-настоящему ценное, либо другую Гильдию ищи.
Меня такие условия, мягко говоря, не устраивали. По крайней мере пока я готов был искать обходные пути.
Из-за потери Юргена с Каспером я стал чаще бывать на «ферме». Опознавал тела, а после сам ездил по Праджису в поисках родственников. Это отнимало время, но зато
Первое, о чем я уже сказал,
