Русский Император не сможет не реагировать, а следовательно начнётся война. Жозефина прекрасно знала что Франция готовится к большим войнам в Европе. Уже проводится второй призыв в армию, когда первый призыв не отправляется домой, вопреки тому, что пообещал Наполеон при возложении на себя короны. Та республиканская армия, которая формировалась ещё пять или даже семь лет назад, все те воины всё ещё в строю, никто их отпускать по домам не собирается. Так что армия французской империи постепенно, но неуклонно возрастает. Французские заводы работают чуть ли не по ночам, производя всё большее количество вооружения, пушек, на верфях стреляться корабли.
— Что ж… Быть войне. Он победит, но никогда не проигрывает, — по-женски легкомысленно заметила Жозефина.
Глава 3
Петербург
6 апреля 1800 года.
Я хотел, чтобы мой доклад на Государственном Совете не стал грандиозным, распиаренным событием. С одной стороны он должен прозвучать не привлекая особого общественного внимания, но с другой, нельзя было обойтись без того, чтобы все заинтересованные лица гадали, что же там расскажет канцлер. Политические фигуры ожидали, будто и сами были экзаменаторами, как именно я буду сдавать свой главный главный экзамен.
Не только Россия в предвкушении отсчитывала дни до начала заседания Государственного Совета при императоре, но и за рубежом пристально наблюдали за тем, что происходит у нас, и гадали, стоит ли рассчитывать на смену политического курса.
Еще за месяц до начала спектакля на Государственном Совете, стало понятно, что некоторые товарищи, скорее даже неприятели, начинают играть против меня почти теми же самыми методами что и я сам часто использовал.
К примеру, перед докладом об итогах работы Комитета Министров за год, вышли некоторые весьма интересные статьи даже в журнале «Министр», не так давно мной учрежденном и уже ставшим популярным.
Там не то чтобы меня лично заругали. Но приводились некоторые негативные моменты, которые могли случиться в последствии моих реформ. Могли… Не факт, что случились. Хотя, чтобы поверили статьям, приводилась и конкретика.
Например, суд ошибся и назначил одному помещику оплатить своему соседу-истцу определённую сумму денег. В ходе дополнительного расследования обнаружилось, что тот самый сосед не должен был ничего платить. И все… статья ни о чем ином не пишет, лишь задаёт вопрос о справедливости. Мол, если реформа столь хороша, почему возникают такие прецеденты?
Я узнавал об этом эпизоде. Да, был такой. Но и без моего прямого вмешательства все решилось весьма справедливо, но не сразу.
Один сосед занес денег земскому исправнику, а еще и обязательным иным членам суда. Конечно, эти деньги должны были сделать судей лояльными тому соседу, кто взятку принес. Налицо была целая коррупционная схема с участием группы лиц. И разве в прошлом или будущем были государства, в которых не было преступности и коррупции? И мог бы я сделать Россию таким раем? Все понимают, что нет, но статья все равно негативная.
И ведь никто не напишет о том, что до реформы было намного больше подобных сюжетов. Сложнее было бы найти справедливость.
Нам и сейчас не легко дается судебная реформа, которая смогла сложиться в Нижегородской губернии, но при распространении опыта на всю Россию, встретила сложности. Так, до трети судей пришлось выгонять из системы, набирать новых, а после уже часть из них из-за некомпетентности, или опять же попыток стать коррупционерами, увольняли. Да, Лев Цветков, умница и надежда русской юриспруденции, семь потов согнал, но смог привести хоть к более менее нормальному виду суды. Ждём решения проблемы кадрового голода через дополнительные выпуски юридических факультетов университетов.
Вместе с тем, как не реформируй систему, но она всё равно держится не только на законе, но и на людях. А мы все грешные, не всегда исполнительные, или сообразительные.
Кроме того, в статье никто не написал о том, что лишь по одному апелляционному листу, который, используя свое право, подал помещик не согласный с решением суда, было проведено дополнительное расследование. Была собрана, согласно Уставу о судах, отдельная комиссия, на основе ревизионной службы. Комиссия была направлена из совершенно другой губернии. Вот они и нарыли составы преступлений у вершителей закона, вскрыли гнойник. Так разве же система не работает, если подобное возможно?
Конечно же, я не только знал тех журналистов, что писали подобное. В конце-концов, статьи выходили и в моем журнале. Но я дал возможность не только выпустить пар некоторым товарищам, в том числе иностранного гражданства, но и выявил таким образом всех, кто против меня играл. Не стоит, на самом деле внимания, кроме одной личности — полковника Смита [реальный исторический персонаж, шпион].
Этот человек не стал скрываться, а сразу же начал искать выходы на меня. Может быть, это его спасло, так как начни Смит тайно действовать, то, в преддверии моего доклада и года деятельности в должности Канцлера, я не задумываясь отдал бы приказ на его ликвидацию.
