За окном одиночного корабля мелькала, мала, как всегда бывает, когда летишь на сверх скорости. И, похоже, воспоминания последних дней в моей голове, решили, уподобится моему кораблю, то есть проносились на сверх скорости.
... Утро после ночного подписания договора, я встретила у себя в каюте. Голова совершенно не болела, что было весьма странно, учитывая то, сколько я вчера выпила. Если честно, до вчерашнего вечера я даже не представляла, что могу столько выпить.
Как я добралась до кровати, вспомнить, самостоятельно не получилось. Воспоминания закончились на подписание второго договора. Самое страшное то, что я даже не могу сказать, о чем шла речь в договоре и на что я согласилась! Сидя в постели, я застонала и закрыла ладонями лицо. Но тут же отдернула руки, заметив на правом запястье черное пятно. При дальнейшем рассмотрении это оказалась татуировка в виде переплетенных двух линий между собой и делающих вместе крюк. Стоит ли говорить, что я абсолютно не помню, зачем и главное, когда я ее сделала. Гипнотизирование черного рисунка на теле привило к тому, что у меня все-таки разболелась голова, ну и возникла ассоциация с горячими губами Берса.
Желая избавиться от навеянного видения моей богатой фантазии, я, выскочив из кровати, направилась в душ. На пол полетел мятый сарафан, а вслед за ним нижнее белье. А спустя пол час, приведенная в чувство горячими струями воды и горячим кофе, я направлялась за данными с камер наблюдения внутри и снаружи корабля, попутно отдав приказ заканчивать посадку и взлетать. Приветственную речь пассажирам можно сказать и позже...
И так, с камер наблюденья я узнала, что принес меня на корабль Берс. Встречать вернувшегося не на своих двоих и весьма пьяного капитана вышли дежурные и злой Поль, хотя спрашивается, чего это ему злиться? Предал та он меня, а не на оборот.
Пилот что-то сказал Берсу, тот отрицательно качнул головой. Как же жаль, что я посчитала ненужным устанавливать еще и микрофоны вместе с камерами! Бывший друг еще что-то произнес, и мемуаровец передал меня на руки одному из дежурных, другому же вручил мои босоножки, и с разворота врезал Полю.
Дежурные хотели, кинутся разнимать сцепившихся мужчин, но добившись того, чтобы меня отпустили с рук на землю, я, судя по жестам, остановила их, а сама подошла поближе, посмотрела и тут же развернулась и пошла к кораблю. Дежурные потянулись за мной, оставив мужчин разбираться самим. А я, судя уже по записям с наружных камер, добралась до своей каюты и завалилась спать. Чем закончилась драка, я даже смотреть не стала…
Полет на родную планету прошел без происшествий. И приземлившись, я прямо из порта направилась к сестре.
Лидия занималась разработками в области космических кораблей и оружия. Выдающийся ученый и прекрасная старшая сестра, которая всегда прикроет меня перед родителями.
Сказать маме с папой, что я снова собираюсь работать на военном корабле и участвовать в военных действиях у меня не хватило духа. И поэтому как раньше в детстве бегу под покровительство к старшей сестре.
В лабораторию к Лидии меня пропустили, но с небольшой заминкой. В прочем, как и всегда.
Заявление о смене работы сестренка приняла, конечно, не с радостью, но и сильно протестовать не стала, объяснив это тем, что это моя жизнь и если мне охота находить неприятности на пятую точку, то, пожалуйста. Единственное, что ее заинтересовала это моя татуировка. Лидия была уверенна, что она со смыслом, и очень удивилась, когда я ей сообщила, что без понятия что она обозначает и как у меня появилась. После этих слов, сестра засомневалась, что меня можно отпускать на новое место работы. Покричав о моей безответственности, больше для порядка, ведь она все-таки старшая сестра, она успокоилась. Потом ученая долго рассматривала мое запястье и, сделав фото, пообещала сообщить мне, как только что-то узнает. И не успела я допить чай, как Лидия нагрузила меня новыми разработками и вытолкнула из лаборатории, пока я ее еще больше не шокировала своими поступками, и она не сдала меня родителям…
Самое трудное было найти нового капитана для лайнера. И эта проблема грозила меня задержать на планете на неопределенный срок. Но удача показала мне улыбку и в маленьком ресторанчике, куда зашла перекусить, я встретила своего однокурсника Романа. Чуть ниже высшего проходной бал, прекрасно показал себя на практике. Однокурснику только совершенно не повезло с распределением. Капитан корабля, на котором он служил, совершенно не желал оставлять службу и уходить на пенсию. Лично, по моему мнению, люди в таком возрасте не то что в космос летать не могут, им в соседний город съездить тяжело, но данный индивид был похоже исключением.
Идею о смене места работы с последующим повышением Роман принял. Еще бы он отказался! И я была свободна и могла лететь на новое место работы.
Уже во время посадки в одиночный корабль, меня навестил муж Лидии.
