Моя специализация — розыск пропавших. Я внедрился в банду похитителей, отморозков, потрошивших свои жертвы на органы, и был в шаге, чтобы доказать их вину. Но что-то пошло не так, меня рассекретили. Песенка спета, пуля летит, но я ускользаю. Как и куда — не знаю. Но куда бы ни занесло, я должен вернуться и засадить всю банду. И, похоже, чтобы сделать это, мне пригодятся мои навыки по сыску пропавших.
Сердце изрядно защемило, когда дуло пистолета мрачно уставилось на меня. До него метров пять, и есть шанс нырнуть резко в сторону, предпринять что-то. Только вот что, если вокруг другие бандиты и у каждого в руке ствол?
— Какого черта, Кент? — Я постарался изобразить удивление и в то же время лихорадочно силился придумать, как спастись.
Ведь и надо только что спастись. Дело сделано, работа под прикрытием вознаграждена. Теперь ясно, где эти уроды устроили операционную для похищенных людей. Надо только сбежать и сообщить полковнику. Хотя и то лишнее. Достаточно тянуть время. На мне камера и микрофон. Скоро отряд ОМОНа сам подскочит.
— А такого, что я тебя раскусил, Копченый, — мрачно проскрежетал Кент, мой якобы босс. — Ты же не думал, что я так запросто поверю про ту малолетнюю шмару?
Очень хотелось облизнуть губы, но я удержался. Мои глаза впились в дуло и указательный палец под ним.
— Слушай, Кент, я же объяснял. Это совпадение. Для меня исчезновение девчонки было такой же неожиданностью, как и для всех. Я был уверен, что она окажется тут, на ОПЕРАЦИОННОМ СТОЛЕ.
Ох, слишком уж я выделил последние два слова. Кент-то мразь конченая, это верно. Но, увы, не дурак. Как бы не догадался про микрофон.
Босс усмехнулся зловеще.
— Не надейся, Копченый. Думаешь, почему Хрящ трется возле тебя всю дорогу? — Пистолет в руке Босса чуть потрясся, кивая в сторону. Там стоял высокий упитанный мужичок. Имени его я не знал, также как и всех остальных. Мы называли его Хрящом, и он действительно словно прилип ко мне этой ночью.
— Ничего не понимаю. Причем тут Хрящ? — не сдавался я, хотя уже догадывался, в чем дело.
— У него глушилка, Копченый. Твои микрофон и камера не работают. — Кент криво усмехнулся, блеснув ровными белыми зубами.
Ну да. Вид у Кента презентабельный. И костюмчик новый, модный, дорогущий. Разве это проблема, когда есть куча денег, заработанных с продажи человеческих органов?
— Микрофон и камера? — Я расширил глаза, хотя какой смысл сопротивляться? Ясно ведь, что они всё знают.
— Ну а пока Кащей вытащит из тебя эти побрякушки, я расскажу, что еще выдало тебя. — Он снова махнул пистолетом, и ко мне подскочил другой бандит.
В отличие от Хряща, он был тощим, словно скелет. Его отвратительные длинные пальцы ловко расстегнули мою куртку, прощупали грудь и извлекли маленький микрофончик — то, что мне выдали в отделе, чтобы шпионить за бандой и собирать доказательства.
— А камера здесь, — пропел скрежещущий тонкий голос Кащея.
Второй рукой он спихнул с меня кепку. Костлявый подлюка был прав: камера закреплена в ее внутренней стороне.
— Ты круто внедрился к нам, — с важностью и надменностью продолжил Босс, не опуская пистолет. — Оказался в банде якобы случайно, еще и рекомендации предъявил. У вас там в ментовке все такие продуманные?
— Ага, — кивнул я. Отпираться стало бессмысленно.
— Вот только после твоего прокола с беспризорной шмарой я накатал маляву своим на зону, чтобы они пробили твою рекомендацию.
— Она не шмара, — возразил я, чувствуя, как закипаю. — Тринадцатилетняя сирота боялась приюта, вот и убежала. А вы, уроды моральные, решили выпотрошить ее на органы.
Мои кулаки невольно сжались. Дело о пропадающих людях тянулось второй год и топталось на месте. И вот я наконец близок к тому, чтобы не просто раскрыть банду, но и предъявить неопровержимые доказательства. Пусть камера и микрофон не работали. Одна только операционная, куда меня наконец допустили, расставляла все точки над буквой «ай».
Я обежал глазами подвал, где мы стояли. Два операционных столика, шкафчики, напичканные медицинскими приборами и инструментами, куча шприцев и пузырьков с жидкостями. А вдоль дальней стены — морозильные камеры. О да! Я знал, что увидел бы там.
Кент проследил мой взгляд и усмехнулся.
— А знаешь, почему мы допустили тебя сюда? — Он выдержал короткую паузу. — Чтобы поставить жирную точку в этом абзаце. Я же знал, что разнюхать, где наша больничка, и есть твоя гнусная цель, легавый ты наш.
Из кармана босса донеслась вибрация.
— Ну и кто там так не вовремя? — проворчал он, вынимая из кармана пиджака смартфон.
Он отвлекся. Глаза его опустились к экрану. Пистолет слегка наклонился.
Вот оно!
Мой шанс!
Я резко развернулся и саданул Хряща в грудак. Словно оправдывая его прозвище, раздался хруст. Вот уж вмазал так вмазал. А я думал, что не смог бы пробить такую толстую тушу.
Впрочем, несмотря на хруст, «туша» не стушевалась, даже не пошатнулась. Без замаха Хрящ ударил мне поддых, чем сразу заставил согнуться. Другая его рука вцепилась в мой затылок. Жирные пальцы надавили, и я понял: лучше не шевелиться и смиренно ждать.
Ждать, молиться и пытаться дышать.
Кент никак не отреагировал на нашу потасовку. Он весело, с задором, болтал по телефону. Я таращился на него из довольно неудобной полусогнутой позы.
— Вот оно что? А-ха-ха-ха!.. Ну да, да… А я-то просек… Не. Ну ты меня знаешь. Короче, ты вовремя как никогда… Ага, давай. Как порешаю, сразу перезвоню.
