В мыслях Ускорителя они уловили смятение: он не мог решить, реально ли происходящее. Наконец, он пришел к выводу, что не сошел с ума.
— С удовольствием выручил бы вас, ребята, — сказал Ускоритель, — но с чего вы взяли, будто я могу ускорить такую махину? Да ведь я ее с места не сдвину. Тут нужен танковый батальон!
Язык запнулся на «танковом батальоне» и попросил Мыслителя еще раз проанализировать информацию. «Эти Ускорители пустились в междоусобные распри», — таково было авторитетное заключение.
— Сдвинешь! — снова энергично включился Язык, обращаясь к Ускорителю. — Ты просто не знаешь об этом.
— Неужто? Интересно послушать.
— Вы, здешние Ускорители, слишком долго развивались вдали от центра Галактики, — объяснил Язык. — У вас есть специализация — Ускорение, но вам нечего ускорять. И поэтому у вас нет настоящего дела. Вы занимаетесь неодушевленными предметами, но не находите в этом подлинного удовлетворения. Лишенные истинного призвания, вы воюете. Как только вы займете свое место в галактическом Содружестве — и, смею тебя уверить, почетное место — ваши войны прекратятся. К чему воевать — ведь это противоестественное занятие — когда можно Ускорять!
Ускоритель покачал головой — жест, который Язык истолковал как признак недоверия.
— Ты хочешь сказать, что этим и должен заниматься каждый житель нашей планеты?
— Безусловно, — подтвердил Язык. — Это ваша великая Специальность.
Ускоритель задумался. А Язык уже воспринял колебания Ускорителя, в мыслях которого появилась особа женского пола. Нет, две, три. И чувство одиночества, отчуждения. Ускоритель был преисполнен сомнений. И страха.
— Когда мы попадем в Галактику, — воскликнул Язык, надеясь, что нашел нужные доводы, — ты познакомишься с другими Ускорителями. И с Ускорительницами. Вы все похожи друг на друга, и ты непременно с ними подружишься. А одиночество на Корабле — так его просто не существует. Ты еще не понял, в чем суть Содружества. В Содружестве никто не чувствует себя одиноким!
Ускоритель надолго задумался о существовании Ускорителей в других мирах. Язык силился понять, отчего эта идея настолько поразила собеседника. Галактика кишит Ускорителями, Питателями, Языками и многими иными видами разумных существ в бесконечных вариантах и повторениях.
— Все же не верится, что кто-нибудь способен покончить со всеми войнами, — пробормотал Ускоритель. — Откуда мне знать, что это не ложь? У нас есть пословица: «Истину найдешь разве что на дне колодца».
Надеясь убедить его. Язык подключил Ускорителя ко всем цепям. Он открыл ему грубоватое добродушие Двигателя, сорвиголовий юмор Стенок, показал поэтические склонности Глаза и дерзкую доброжелательность Питателя. Он распахнул настежь собственный мозг и продемонстрировал Ускорителю свою планету, семью и даже дерево, которое собирался купить, когда вернется. Он развернул перед Ускорителем историю каждого из членов команды — представителей разных планет, но объединенных общими узами.
Ускоритель молчал.
Немного погодя он качнул головой. Жест сопровождался мыслью — неуверенной, смутной, но явно отрицательной.
И тогда Язык приказал Стенкам открыться.
— Ты свободен, — сказал Язык. — Отключи только линию связи… и ступай.
— А как же вы?
— Будем искать другую планету Ускорителей.
Ускоритель покачал головой.
— Марс? Венеру? Это бесполезно…
Он посмотрел в проем между раздвинутыми стенками. Потом снова на членов Команды.
— То, что вы мне показывали, — правда?
Отвечать не пришлось.
— Ладно, — внезапно закричал Ускоритель, — поеду. Я, конечно, круглый дурак, но я поеду!
Язык сознавал, что в решимости отчаяния Ускоритель потерял контакт с действительностью и думает, будто действует во сне, где решения принимаются легко и беспечно.
— Осталось лишь совсем маленькое затруднение, — продолжал Ускоритель с истерическим легкомыслием. — Будь я проклят, если умею ускорять! Вы, кажется, упоминали о сверхсветовой! Да я не пробегу больше мили в час!
— Уверяю тебя, ты умеешь Ускорять, — убеждал его Язык, сам не вполне веря в свои слова. Он хорошо знал способности Ускорителей, но этот… — Ты только попробуй!
— Обязательно, — успокоил его Ускоритель. И про себя добавил: — После этого я уж проснусь!
Стенки сомкнулись. Двигатель поднял Корабль в Пространство. Глаз и Мыслитель задали курс.
— Теперь ты участник Содружества! — воскликнул Язык. — Вот курс. Ускоряй!
Ускоритель не двигался с места. Он медленно стряхивал с себя оцепенение, начиная понимать, что все это ему действительно не приснилось. Он ощутил спаянность Глаза с Мыслителем, Мыслителя с Языком. Языка с собой и всех четверых со Стенками, друг с другом.
— Что это? — растерянно спросил Ускоритель, проникаясь незнакомым чувством единства Корабля, близости, достигаемой только в Содружестве.
Он попытался ускорять. Ничто не изменилось.
— Попробуй еще раз, — взмолился Язык.
Ускоритель заглянул в себя. Он увидел бездонный колодец неуверенности и страха. И в глубине, как в зеркале — свое искаженное лицо.
Мыслитель осветил ему этот колодец.
