Старик Пак Ки Хун наконец-то признал свою внучку как полноправного члена семьи и своим запретом прекратил внутрисемейный конфликт, который длился между Пак Сумин и ее дядей больше полугода. Но расслабляться беглецу Кан Ён Соку рано. Впереди — новые проблемы и вызовы, как для него, так и для его подруги, потому что аппетит приходит во время еды, а амбиции растут — с каждой одержанной победой.
Самый разгар рабочего дня. Неприметное кафе недалеко от дворцового комплекса на севере Сеула с удовольствием принимало многочисленных посетителей. Сюда забегали перекусить клерки из министерств, офисные работники, растерянно ошивались туристы. Высокая проходимость позволяла держать более-менее приемлемые цены, а ориентированность на местных — не заморачиваться с меню или подачей. Все для своих, все привычно.
За дальним столиком, налегая на горячий суп из кимчи, целую выварку которого принесли вместе с переносной газовой плиткой, устроился заметный в любой толпе здоровяк. Со спины можно было подумать, что это вовсе европеец, но иссиня-черные волосы и характерная для любого корейца средних лет опрятная стрижка говорили сами за себя.
Здоровяк был местным, корейцем.
— Привет, толстяк Мун, — хохотнул мужичок, который был полной противоположностью здоровяку. Уже чуть седеющий, субтильного телосложения и с большими залысинами.
— Я думал, уже не придешь, — прогудел Мун Джин, шумно втягивая губами очередную порцию супа с глубокой ложки. — Будешь?
Мужчина с готовностью сел за свободное место, взял пустую тарелку и от души зачерпнул себе супа, стараясь поймать как можно больше капусты. Кроме выварки тут стояли и многочисленные закуски, как овощные, так и мясные. Его бывший сослуживец всегда любил плотно поесть.
— Так что за срочность? — спросил мужчина после снятия первой пробы. Суп ему пришелся по душе, хотя заходил он в это заведение нечасто.
— Гю Чон, ты вообще читал мое письмо и файлы? — уточнил Мун Джин.
— Да читал я, читал, — отмахнулся Гю Чон. — Дело-то понятное, а если включится еще и старик Пак, то вообще не понимаю твоих причин для беспокойства. Да, самооборона, да, превысил допустимые пределы. Пистолет-то твой? А ты на тот момент был официальным подрядчиком с лицензией? Ну вот так пистолет в квартире и появился. Максимум, припишут тебе нарушение условий хранения оружия, но с твоим послужным только пальцем пожурят.
— А кто дело будет рассматривать? Узнал? — спросил Мун Джин.
— Узнал, — важно кивнул Гю Чон, подхватывая палочками кусочек копченой свинины. — Судья Чан Хе Сон. И это тебе крупно повезло.
— Чан Хе Сон и повезло? Тебя по голове били? Эта стерва мне за пистолет душу вытянет, она же несгибаемая, — простонал Мун Джин, опуская ложку.
— Дурак ты, толстяк Мун, как был дураком, так и остался, — наставительно сообщил Гю Чон. — Думай своей башкой! Что тебе важнее, штраф заплатить или на исправительные работы походить месяцок, или чтобы твоего этого северянина на десятку закрыли? Ты же сам сказал, тебя младшая из Паков на ремни порежет, если ее ассистента осудят на реальный срок!
— И к чему ты это говоришь?
— А к тому, что благодари небо, что судьба тебе послала судью-женщину, придурок! — важно подытожил Гю Чон. — Он же чего за твой ствол схватился и четверых уложил? Госпожу защищал! Молодую женщину из влиятельной семьи спасал, пусть и северянин — так это даже ему на руку сыграет! Проявил несгибаемую волю и дисциплину, свойственную нашему общему народу, показал себя как истинный кореец и гражданин! Вот такую линию защиты выстроить, и железная Чан Хе Сон точно поплывет! Я тебе гарантирую!
— Говоришь так, будто бы хорошо ее знаешь, — фыркнул Мун Джин.
— Вообще-то знаю, вместе в прокуратуре работали по молодости, — крякнул Гю Чон. — Чан Хе Сон жесткая, но справедливая, поверь мне. Так что просто правильно ей все преподнесите. Тем более, старик Пак будет просить за парня, все у тебя будет хорошо. Я телефончик Чан Хе Сон найду, тоже звякну. Все утрясем.
— Ну ладно, успокоил, — покачал головой Мун Джин. — А ты чего вообще такой нервный? Болтаешь без умолку, на тебя не похоже.
— Ай, у нас в агентстве все на ушах стоят уже почти месяц, — махнул рукой Гю Чон, продолжая налегать на суп и закуски. — Ты же в курсе, что тут недалеко куча правительственных зданий? Всякие министерства, управления.
— Ну и что? — удивился Мун Джин.
— Ну и то. В том месяце была мощная кибератака, во всем квартале интернет положили на полчаса, — ответил Гю Чон.
— И что в итоге?
— А вот тут самое интересное, — продолжил мужчина. — Ничего, прикинь? А то, что атаковали целый район, это сто процентов. Причем кто-то опытный, все было сделано быстро и грамотно. Никто даже оглянуться не успел. Такие атаки обычно длятся сутками, чтобы парализовать работу, да и стоят кучу денег. А тут вспышка! И все стихло.
— Подозрительно, — прищурился Мун Джин.
— Не то слово, — согласился Гю Чон. — Вот поэтому и пытаемся разобраться, что это было. Начальство нервничает, они вообще киберугроз в последнее время крайне опасаются. Еще и пожар в воскресенье хлопот добавил.
— Какой пожар?
— Какая-то выставочная галерея горела, — ответил мужчина. — Но там вроде без пострадавших, нормально отработали. Правда, от здания только стены остались, даже перекрытия в итоге сложились. Но это точно поджог, скорее всего, чтобы скрыть другую кражу. Постоянно так делают.
— Отвлекающий маневр? — предположил Мун Джин.
