Еще немного, и студент мог бы догадаться, что гитар у нас пока нет.— Правильно, — сказал Витя. — А потом остальные.
Я вздохнул. Оставался неясным один вопрос: каким образом нам из одной и той же гитары сделать одновременно бас, ритм и соло. К тому же гитара-то была чужая и переделывать ее было нельзя.Через две недели мне купили гитару. Когда я вернулся с почты, гитара уже красовалась над моим диваном, новенькая, с блестящими золотыми струнами, точно такая, какую мы с Игорьком видели на витрине музыкального магазина.— Ма! Где ты взяла? — подпрыгнув от радости, закричал я.
— Купила, через знакомых. А чужую гитару сегодня же отдай туда, где взял.
Это условие омрачило мою радость. Держать Колину гитару у Игорька мы не могли, а это означало, что наш ансамбль оставался с одной-единственной гитарой.— Ма! Ну почему? — взмолился я. — Нам же нужны три гитары — ритм, бас и соло.
— Что, у твоих приятелей родителей нет? Почему я должна думать за всех?
Я взял старую гитару и отправился к Игорьку.У Игорька никого из взрослых не оказалось дома. В квартире царил страшный беспорядок. Входная дверь была открыта настежь. В передней как попало валялись тапочки и ботинки. В большой комнате младший брат Игорька — Валерка — строил из кубиков и кастрюль модель Останкинской телебашни.— Ты чего? — удивился Игорек, заметив у меня в руках гитару. — Сегодня твоя очередь.
— Мне свою гитару купили.
— Правда? — обрадовался Игорек. — А где она? Дома?
— Только мать велела, чтобы эту гитару я отдал…
— Кому отдал? — не понял Игорек.
— Кому угодно, только чтоб дома ее не было.
Игорек помрачнел.Мы спустились во двор и пошли к Сане. Игорек за всю дорогу не произнес ни слова. Найти выход из положения было не так-то просто. На день, на два Игорек мог спрятать гитару под кровать или на антресоли, а что потом? С матерью еще можно было договориться, но отец твердо сказал Игорьку: пока не кончатся занятия в музыкальной школе — никаких гитар.Открыв дверь, Санина мать приказала нам снять обувь: к Сане можно попасть только через гостиную, где лежит огромный красный ковер. В Саниной комнате творилось что-то непонятное. На полу лежала гитара, вокруг валялись инструменты, обрывки проводов, старые газеты и журнал «Моделист-конструктор», который нам дал студент. Над гитарой колдовали двое: Саня и его отец, дядя Толя, маленький лысый человек с большими волосатыми руками.— Подкрепление прибыло! — обернувшись, сказал он.
Мы с изумлением озирались по сторонам. На кушетке лежали два блестящих параллелепипеда на черной пластмассовой пластине, каждый величиной с шоколадный батончик.— Тебе что, тоже гитару купили? — наконец вымолвил Игорек.
— Да, вчера вечером, — кивнул Саня.
— Не мог сказать! — обиженно воскликнул Игорек.
— Э, друзья, чур, не шуметь! — предупредил Санин отец. — А то я вам инструмент запорю…
