Начальник отдела «Вымпела» полковник Б., вспоминая Дмитрия, очень точно подметил место Разумовского в коллективе:
«Он был у нас таким „маячком“, энергичным, деятельным. Может, кто-то из подчиненных и недолюбливал его. Ведь он требовал и с начальства, и с себя, и с подчиненных. Но зато все видели результаты работы.
Такие „маяки“ в коллективе нужны. Их не так много, как хотелось бы.
К занятиям Дмитрий подходил всегда творчески, неординарно. Придумал прием – отработка ухода от пуль в ближнем бою. Как показывает практика, этот вид боя становится у нас все более „популярным“.
Так вот, он догадался использовать теннисные мячи. Боец встает на линию, в него бросают мячики. Увернуться с ближней дистанции тяжело. Конечно, от пули уйти еще сложнее, но для начала попробуйте увернуться от мяча.
После первого „обстрела“ боец должен упасть, уйти в укрытие. Потом в него бросают второй, третий мяч.
Это придало занятиям большую эффективность.
Стрельбу у него в отделении тоже отрабатывали не как обычно, а с переворотом.
На основе его многолетних записей, схем действий десантно-штурмовой группы выпустили в подразделении методичку по тактико-специальной подготовке – разведывательно-поисковые действия».
Разумеется, все эти неординарные занятия, умелые, творческие тренировки были нацелены на один результат – победа в бою над террористами.
Без побед он не возвращался. В Чечне его уже знали: «Майор приехал!..» В свою очередь руководство было уверено: Разумовский отработает результативно. И Дмитрий не огорчал руководство.
* * *Чеченская война в жизни Дмитрия Разумовского – статья особая. После таджикско-афганской границы, почитай, вторая война. Неспроста там его ненавидели моджахеды. Ненавидели они «майора» и здесь. Дмитрий им платил той же монетой.
Боевое крещение на этой войне он получил под Чабан-Махи, когда Басаев, Хаттаб и их приспешники напали на Дагестан.
Кстати, жизнь уже сводила его в бою с Хаттабом. Ведь это он, тогда еще никому не известный араб, вместе с другими «духами» напал на 12‑ю заставу, убил его друзей. Так что у Разумовского были свои счеты к «черному арабу».
Однако Дмитрий тогда еще не знал, кто стоит за сворой бандитов, ударивших по Дагестану.
«Нас было 19 человек, – вспоминал Разумовский, – старший – Макс, командир отделения – Михалыч. Одну группу во главе с Максом послали на Чабан-Махи. Хотя информация от ушедшего вперед подразделения внутренних войск шла противоречивая: сначала двое убитых, потом четверо, потом половина раненых…
Все в полном недоумении, что там происходит? Мы, естественно, рвемся в бой. Я подхожу к нашему прямому начальнику, который там был от ФСБ. Он говорит: стоп, обстановки не знаем, будем ждать.
Ждали до полуночи. Наконец наши бойцы возвратились. Оказалось, разведрота бригады внутренних войск опрокинула боевое охранение бандитов, заняла позиции. И „духи“ полезли. Их очень много было. Бой шел серьезный. Наши крепко помогли отряду „Русь“.
На следующий день мы работали вшестером: три снайперские пары. Основная задача – наводка артиллерии и авиации.
