В общем, утро прошло просто замечательно и имело не менее чудесное продолжение. Виктория, Анна и Ева присоединились к нескольким девушкам – дочерям северных лордов, - и отправились в богорощу отмокать в горячих прудах, цепью выстроившихся вдоль Гостевого дома. Понятное дело, что из Старков к ним примкнула одна лишь малолетняя Арья. Сансе купаться со всеми, да еще и голой было западло. А вот северянки стеснительностью не страдали. Напротив, они довольно весело обсуждали божественные стати валириек, хотя и сами были в своем роде весьма хороши. Шутки, прибаутки, подначки и все прочее, веселое, задорное, радостное, что и так легко могло поднять настроение, но внучка лорда Мандели Элис, - крупная светловолосая девушка, не уступающая Виктории в росте и превосходящая ее шириной бедер и размером груди, - притащила с собой бочонок Арборского золотого, и, можно сказать, девичник удался. Счастливы были все, и несколько опьяневшие девушки, отмокавшие в горячей, парившей на холодном воздухе воде, и собаки, устроившие в роще возню с лютоволками Старков. Это, кстати, поражало воображение и хозяев, и гостей. Огромные «пиренеи»-волкодавы легко сошлись с подросшими почти до их размеров щенками лютоволков, но объяснялось это, на самом деле, довольно просто. У лютоволков, судя по всему, интеллект ненамного уступал разуму «французов», и если их люди сказали, что с этими псами можно дружить, то кем они будут, если устроят свару? Однако и «пиренеи» были все еще довольно молоды, им тоже хотелось побегать и поиграть, но опять же, кто участвовал в веселье? Лютоволчица Арьи Немерия и Призрак Джона Сноу. И, если Серый Ветер Роба ушел со своим хозяином на охоту, а лютоволки Брана и малыша Рикона бегали где-то за стенами замка, то Леди – лютоволчица Сансы игры с собаками просто игнорировала.
Виктория как раз думала о том, как чутко звери воспринимают характер своих людей, - и не маги ли эти Старки, - когда до нее долетело «эхо беды». Никто ничего не слышал, не услышала и она, но ее восприятие не ограничивалось пятью чувствами, а шестое было развито так, как мало у кого еще. Даже среди своих братьев и сестер, большинство из которых, - если не все, - отличались невероятной для обычного человека «чуткостью», Виктория являлась исключением из правил. И сейчас ее «чуйка» сработала на беду, на что-то очень плохое, что случилось в Винтерфелле. Любопытно, что встрепенулась не одна она. Волки и псы тоже насторожились и уставились куда-то в сторону Первой Твердыни – древнего донжона, которым Старки не пользовались уже едва ли не пару веков.
«Ждать? – пожала мысленно плечами Виктория. – Жду. Можно подумать, у меня есть выбор».
Но ждать пришлось недолго. Всего минут десять, никак не больше.
Запыхавшаяся от заполошного бега служанка примчалась буквально через несколько минут. Когда надо, Эрик умел быть убедительным. А еще через двадцать минут Виктория была уже около старого донжона. Бран все еще лежал там, где упал. Люди боялись его трогать, опасаясь сделать ему хуже. Но к тому времени, как прибежала туда Виктория, народу вокруг собралось уже более, чем достаточное, а над мальчиком склонился мейстер Лювин. Рядом стояла леди Кейтилин, кажется, разом постаревшая на десять лет. Все ждали, что скажет мейстер.
- Надо подложить под лорда Брана доску, - заявил мейстер после непродолжительного осмотра. – Если поврежден позвоночник…
Какие-то слуги и стражники сразу же бросились искать такую доску, которую можно было бы подложить под мальчика без того, чтобы его двигать. Сложная задача, но выполнимая, поскольку бран лежал не на камне, а на твердой, но все-таки земле. Между тем, к Брану протиснулась Ева и, присев рядом, посмотрела на леди Кейтилин.
- Если позволите, миледи, я знаю толк в этом деле.
- Что вы собираетесь делать? – встрепенулся мейстер.
- О, ничего такого, что могло бы повредить вашему сыну, миледи! – Ева игнорировала мейстера и говорила с одной лишь леди Старк. – Мне надо потрогать Брана кончиками пальцев. Я не стану нажимать и не буду сдвигать его руки или ноги. Но мне надо его коснуться, чтобы понять, насколько все плохо и можно ли ему все-таки помочь.
- Если сломан позвоночник… - начал мейстер.