Спи, Алиса полностью

Шу была права. Он совсем не знал ее. Мог ли он допустить даже мысль о том, что его нежно любимая младшая сестренка забеременеет от неизвестно кого? Нет! Но ведь она – совершеннолетняя, почему он так упорно отрицал подобную возможность? Шу говорила про одиночество. Горькие и обидные слова. Неужели ей было настолько плохо рядом с ним, что она бросилась в объятия первого встречного? Инг был плохим братом? Он так и не смог завоевать любовь и доверие Шу? Или еще не все потеряно?

Голова Инга разрывалась от тысячи мыслей, а на душе лежал вовсе не камень, нет, – целая гора, не позволяющая ему сделать нормальный вдох. Он был раздавлен и угнетен. А еще Инг так и не выяснил, кто отец ребенка. Шу упрямо молчала. Может, это один из полицейских? Виктор? То-то он так заботился о Шу, в архивах рылся, фабриковал дело. Или погибший Кристиан? Недаром он всюду ходил за ней хвостом. А может, некто, кого Инг никогда не видел? И как вытрясти из Шу правду, а главное, что потом делать с ней, с этой правдой? Нужна ли она кому-то? Срок, похоже, больше двух месяцев, если не трех. Это Шу тоже говорить отказывалась.

Инг вскочил и бросился к коробке со снотворным. На завтра он взял себе выходной. Ему требовался сон. Очень крепкий сон. А утром, на свежую голову, он решит, что делать. Наготовит Шу еды, запишет ее в женскую консультацию, навестит Кэти, поговорит с Вероном. Но прежде погрузится в сладостное забвение.

Сив бродила по поляне вокруг огромного дерева. Она так и не отыскала двери, хоть и пыталась изо всех сил, но все оказалось тщетно. Это был дар Алисы. Видеть.

Черные искривленные деревья зловеще шелестели. В этот раз было довольно ветрено, а воздух пах сыростью.

– Что я слышала, когда находилась на грани смерти? «Следующие всегда платят». Кажется, так. – Сив подняла с земли длинную сухую ветку и принялась с ее помощью ворошить лежащие под ногами пожухлые листья. – Следующие платят, – задумчиво повторила Сив. – Вероятно, за дары. В таком случае, Инг, скорее всего, не помнит Алису потому, что я злоупотребляю тайными знаниями и ведаю больше, чем положено. Алиса будет расплачиваться за его умелые руки, но каким, интересно, образом? Йен – за глаза Алисы. Тут все понятно. – Сив замерла, постукивая веткой по земле. – А Йен все же не дурак, отказался от дара, чтобы избавить следующего или следующую от расплаты. Выбрал короткую жизнь, предложенную ему судьбой. Это весьма мудро. «Ведь следующие всегда платят. За грехи и дары». Хотя Шэл объяснила бы лучше.

Внезапно на поляне появилась Алиса. Сив подпрыгнула от неожиданности и едва не выронила ветку из рук.

– Привет. – Алиса встала, отряхивая джинсы и осматриваясь. – Поздняя осень. Жаль. Я надеялась, будет весна.

– На рассвете воины Чернолесья отравляются в поход. Я хочу к ним присоединиться. Посмотри, пожалуйста, что там у меня, – с ходу попросила Сив.

– Хорошо, но ты давно не приходила, и у меня накопилось к тебе множество вопросов. Как вообще у тебя дела? – Алиса медленно пошла к красной двери.

– Лучше тебе не знать, – дернула плечами Сив. – Сплю сейчас дома после священной ночи перед Жатвой. До рассвета пара часов.

– Что за священная ночь? – Алиса остановилась и с любопытством взглянула на подругу.

– Потом расскажу как-нибудь, когда будет больше времени. – Сив нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

– Как обычно, игнорируешь мои вопросы, – вздохнула Алиса и ухватилась за ручку красной двери.

Внезапно девушки замерли. Из лесной чащи послышался чей-то приглушенный стон.

– Это еще что? – Алиса с тревогой покосилась на Сив. – Ты вызвала свою бабку, и теперь она ходит за тобой?

– Нет. – Сив побледнела. – Никого я не вызывала.

– Тогда кто это?

– Понятия не имею.

Стон повторился, и девушки дружно взвизгнули, вцепившись друг в друга.

– Страшно-то как! Но нам, вероятно, стоит туда сходить и все проверить. – Алиса указала в сторону черного леса. – Вдруг это важно.

Сив кивнула, и, взявшись за руки, девушки направились на звук. Среди черных скрюченных деревьев шевелилось нечто, жалобно постанывая. Рассмотреть получше мешал густой кустарник. Сив остановилась и ткнула это «что-то» веткой, которую по-прежнему сжимала в руке.

– Человек! – Алиса подошла ближе и раздвинула ветви, а после заорала: – Боже!

Перед ними на земле сидел Инг: его левая рука застряла в колючем кустарнике, и он усердно пытался ее освободить.

– Ты нашел это место, – обрадовалась Алиса. – Как долго я тебя не видела. Почему ты раньше сюда не приходил?

Но Инг словно не замечал их, продолжая возиться с ветками.

– Это плохо. Очень-очень плохо, что он здесь, – сглотнула Сив. – Ты что наделал, дурак?

Инг повернулся к ней, его взгляд блуждал по округе, а по шее медленно расползалось черное пятно.

– Алиса, бегом к его двери, – велела Сив. – Живо!

Она кивнула и опрометью бросилась к поляне.