Спящая красавица полностью

– Алиса? – Грифель карандаша перестал царапать лист – Ты меня слушаешь?

– Да доктор Лиза. Отвлеклась. Чуточку.

Морщинка прорезала полотно высокого лба, словно волна изнурённое вечным штилем море.

– Мы же договорились – Волна растворилась, канула в пустотах дежурной улыбки – ты зови меня просто Лиза.

– Тебе снова снился этот человек?

Облако невесомого белого пуха качнуло из стороны в сторону

– Нет… Но сегодня ко мне приходил Его Кот.

Лиза бросила взгляд на зарешетчатое окно под самым потолком.

– Вот как?

– Да. Он подарил мне пылинки, маринованные в солнечном свету, и сказал, что Эйрини за моей стеной превратился в одну большую помойку, где люди насмерть дерутся друг с другом из-за кусочков разноцветной бумаги.

– Почему ты думаешь, что это был Его кот?

Девочка помрачнела.

– Потому что Никта испугалась.

– Испугалась? – Голодный интерес сочился из её пор, капал сквозь пальцы на листы блокнота, чтобы немедленно испариться.

– Никта зашипела на него и заползла обратно в мою тень. С тех пор всё время молчит.

– А ты… – она облизнула раздвоенным языком губы – можешь мне про неё рассказать Алиса?

– Про Никту?

– Если, конечно, не испугаешься?

Усеянный веснушками нос сморщился.

– Я её не боюсь. Никта съела моего папу.

Грифель треснул и острый кончик отпружинив от мягкого пола закатился под кровать.

Доктор Лиза вновь улыбнулась поправила очки и убрав в сумку блокнот с карандашом, уставилась на девочку.

– Алиса… Твой разум сейчас как… как радио… – Её голос мягкий, слова окатые будто те камешки, которыми легко было сделать лягушку в парковом пруду.

– Ты слышишь и видишь мир не так как вижу его я… Или доктор Кляйн… Или все остальные… Поэтому мне нужны твои ответы, так лучше я пойму, как… как тебя настроить.

Алиса увела фиалковые глаза в пустой угол, затем коротко кивнула.

– Никта говорит, что это вы все сломаны. Что голос вещей в ваших головах давно заглушил голос эфира.

– А ты знаешь, что такое эфир, Алиса?

Девочка вскинула и опустила плечи. Затем поразмыслив улыбнулась.

– Наверное что-то вроде радиостанций? Вроде тех что папа включал мне, когда… – улыбка потухла – Когда его жар угасал.

– Там бродили по бесконечному кругу сказки. И я бродила за ними в след.

Лиза потянулась к худому плечу, но увидев, как заострились черты девочки осеклась и опустила руку.

– Никта говорит, что больше никому и никогда не позволит до меня дотронуться…

– Прости Алиса… Эта Никта, скажи, она ведь совсем не добрая? Не как фея-крёстная?

– Никта голодная, доктор Лиза, и она большая как Дом, но легко спрячется в замочной скважине. – Алиса вздрогнула и спрятала глаза. – Я бы могла подарить тебе её лицо, но у меня забрали мой карандаш.

– Ты повредила Михаэлю глаз Алиса… Он никогда больше не сможет видеть.

– Но… Там ютились руки, доктор Лиза. Экатонады потных ладоней. По ночам они пробирались сквозь дыру в двери, ползали, по моей кровати, мешали спать, разглаживали складки, разрушали горы, в которых ночуют орлы злопамятного громотворца.

– Алиса, тебе очень нужно научится отделять, фантазии от реальности. Мир, который тебя окружает – ненастоящий… Он всего лишь искаженная тень того большого, который находится прямо за этой стеной – Элизабет Эр Кейн, психотерапевт высшей категории похлопала мягкую обивку – За этой стеной множество замечательных, удивительных и немного пугающих вещей.

– Вроде молний? Я слышала вчера с каким восторгом они падали с небес, несколько осколков даже прожгли Никте платье… Я могла бы увидеть её ноги, – Хихикнула Алиса, затем добавила задумчиво – если бы они у неё были…

– Значит Никта? Она тебя защищает?

– Нет, Никта баюкает в переднике его багрово-красную упрямую Та.

– Та?

– Почему вы скормили его Керберам? Тем, что бегают внутри ваших проводов, этим откормленным глупым псам. Почему вы позволили им растерзать моего волка?

– Алиса послушай, если ты не станешь отвечать на мои вопросы тебя опять…

Хлыст сорвался с её губ и ударил о мягкий пол, только Алисы там уже не было, она вовремя отпрянула и глубоко забилась в поцелуй двух стен. Туда откуда её никому не достать…