Шеф КБР повесил трубку, не сводя взгляда с фотографии ловли лосося.
— У нас гости. — Он поправил галстук. — Из ФБР.
— Чарльз, Кэтрин…
Эйми Грейб взяла чашку с кофе из рук секретарши Овербая и села, кивнув Ти-Джею.
Дэнс выбрала стул с прямой спинкой рядом с привлекательной, но деловой дамой, специальным агентом сан-францисского отделения ФБР. У Кэтрин был еще один вариант — сесть на мягкий, но довольно низкий диван напротив Грейб. Однако она прекрасно понимала: сидя пусть на дюйм ниже собеседника, ты оказываешься в психологически невыгодном положении. Кэтрин изложила представительнице ФБР последние подробности о Келлоге и «Нимью».
Грейб кое-что уже было известно, но далеко не все. Она хмуро выслушала Дэнс, никак в отличие от суетливого Овербая не проявив своего отношения к полученной информации.
Кэтрин настойчиво гнула свою линию:
— Он агент ФБР, совершающий убийства, Эйми. Он лгал нам. Он настоял на захвате здания, когда в подобном захвате не было абсолютно никакой нужды. Из-за него чуть не пострадал десяток ни в чем не повинных людей. Некоторые могли просто погибнуть.
Ручка Овербая отбивала барабанную дробь по столу, а телодвижения Ти-Джея можно было интерпретировать как «да уж, неловкая ситуация».
Эйми Грейб обвела всех присутствующих в комнате внимательным взглядом из-под идеальных бровей и сказала:
— Все это очень сложно и запутанно. Я вас прекрасно понимаю. Но, как бы то ни было, мне звонили и просили его освободить.
— С Девятой улицы?
Эйми кивнула:
— И даже выше. Келлог — настоящая звезда. Рекордное число обезвреженных преступников. Спас сотни людей от вовлечения в секты разного рода. И он бесстрашно берется за самые сложные дела. Включая и терроризм. Ну, я должна добавить, что мне пообещали провести тщательное расследование всех обстоятельств. Его начальство обязалось проверить, действительно ли Келлог применял чрезмерное насилие там, где его можно было вообще избежать.
— Самое мощное стрелковое оружие индивидуального пользования, к примеру, — проговорил Ти-Джей и замолк под испепеляющим взглядом босса.
— Проверить? — переспросила Дэнс, она была потрясена услышанным. — Мы обсуждаем гибель людей, которая потом выдавалась за самоубийства, Эйми. Ну подумайте! Это же самая настоящая вендетта. В чистом виде. О Господи, даже Пелл был выше мести. И один Бог знает, что еще натворил Келлог.
— Кэтрин! — прервал ее Овербай.
— Суть в том, Кэтрин, — продолжала сотрудница ФБР, — что он федеральный агент, занимающийся расследованием дел, в которых замешаны особо опасные и хитрые преступники. Да, в нескольких случаях они были убиты при попытке сопротивления. Подобное случается не так уж редко.
— Но Пелл не сопротивлялся. Я могу представить соответствующие доказательства как свидетель-профессионал. Его убили.
Овербай продолжал барабанить карандашом по своему восхитительному пресс-папье. Шеф КБР превратился в напряженный клубок нервов.
— Келлог задержал — да-да, знаете, он ведь именно задержал, а не убил — очень многих чрезвычайно опасных преступников. И только несколько из них были убиты в ходе ареста.
— Хорошо, Эйми, мы можем продолжать нашу беседу до бесконечности. Я вовсе не собираюсь анализировать всю деятельность Келлога в качестве агента ФБР, а хочу лишь представить прокурору Сэнди Сандовалу одно-единственное дело об убийстве, понравится это в Вашингтоне или нет.
— Федерализм во всей своей красе! — провозгласил Ти-Джей.
— Дело очень сложное и запутанное, — заметила Эйми Грейб. Она явно внимательно ознакомилась со всеми подробностями по дороге сюда.
— Но оно вовсе не провальное. Сэнди вполне может его выиграть.
Грейб поставила кофейную чашку на стол. Она перевела спокойный непроницаемый взгляд своих жестких глаз на Овербая:
— Чарльз, из Вашингтона поступила настоятельная просьба закрыть это дело.
Но Дэнс решила стоять на своем до последнего. И да что уж тут греха таить, не последним мотивом действий Кэтрин было то, что мужчина, который почти сумел завоевать ее сердце, предал ее доверие.
Взгляд Овербая скользил по фотографиям и памятным сувенирам у него на столе.
— Ситуация крайне сложная… А знаете, что говорил Оливер Уэнделл Холмс? Он говорил, что сложные дела рождают плохие законы.
«О чем он?» — подумала Кэтрин.
— Кэтрин, Дэниэл Пелл был весьма опасным преступником, — мягким, почти вкрадчивым тоном произнесла Грейб. — Он убил нескольких полицейских, убил нескольких ваших знакомых, убил невинных людей. Вы проделали колоссальную работу в невероятно тяжелой ситуации. Вы остановили настоящее чудовище в человеческом обличье. И Келлог внес в это дело свою лепту. Все вы заслуживаете самых больших похвал и наград.
— Вне всякого сомнения, — подтвердил Овербай. Он наконец-то положил на стол не на шутку распрыгавшийся карандаш. — Знаете, что мне напоминает наше дело, Эйми? Убийство Джеком Руби Освальда. Помните? Не думаю, что кто-нибудь тогда мог встать на сторону Освальда против Руби.
