Представленный сборник являет собой "первую сотню" поэтических сочинений автора. Данная книга, по сути, – это воплощение нескольких лет жизни автора в одном цикле произведений.
Избранное собрание поэзии
Цикл "Первая сотня: Спичечные человечки"
Иллюстрация "Match Men", использованная в оформлении обложки, выполнена художником Courtney Keys (инстаграмм @ortani) специально для данной книги.
Спичечные человечки
Спичечные человечки
Танцуют вокруг коробка,
Боятся сверкающей печки,
Ждут помощи издалека.
Рыдают и стонут, и плачут
Истрепанные человечки.
Мир огня в пламенеющей печке
Для людей ничего и не значит.
Весёлый смеется ребенок,
Играя с жесткой искрой,
И десятки новёхоньких спичек
Он сжигает одну за одной.
Подымаются яркие вихри
От стола до сияющих люстр.
Звуки в печке давно уже стихли,
Коробок целый час уже пуст…
Сыплет воск с задымившейся свечки,
И по древу стекает слеза,
И спичечные человечки
Навсегда закрывают глаза…
******
Ты помнишь, пели как цикады?
Поток машин? Угарный газ?
Как едут те вдоль эстакады -
Так жизнь промчалась мимо нас…
Я брёл в тени, фонарь хрипел.
И хлад луны, и света пекло!
Как в жар вогнал, но не согрел -
Так жизнь была темна, но светла!
Я помню всё, всему я рад:
И как фонарь во тьме погас…
И то, что жизни маскарад
Промчался мимо нас…
Ода грядушему бою
Проклятия и страх отдав мечу,
Сегодня я , как никогда, спокоен:
Пред битвой разогреться не хочу,
Молиться даже пред грядущим боем.
Сомнения давно умчались прочь,
Как ведьмы на Вальпургиеву ночь.
И знаю только я: нельзя иначе,
Когда горит снаружи пламень злой,
Когда в душе пурга, а в мире зной,
И даже небо не сулит удачу…
****
Ночная тишь, морской прилив,
луна-прожектор.
Замолкли чаек крики, и немая высь
Отныне созерцает мир,как-будто архитектор.
Под ней её творенья собрались.
Так был узор на берегу печально одинок.
Песок смешался с океанской пеной,
И оседал на глубине немой песок,
Но путь держал обратно непременно.
На оном берегу сидел рыбак седой,
От дум ему душевных было нелегко.
Он жизнь прожил среди воды морской
И ждал, что волны унесут его.
И слезы на щеках его солёные, как море,
Упали вниз, оставив влажный след.
В глазах мутнел отдельный мир в неволе,
Ему подобных точно больше нет.
В душе его закончилось добро,
Закончилось и зло, и трепет пред лицом конца.
В пучине темной смерть уже давно
Должна настигнуть рыбака,как и его отца…
О,Боже, протяни ладонь ему.
"Ты жизнь даруешь,так даруй мне смерть!"
–Так возревел он к небесам в пылу.
Вдруг устремился с выси яркий свет.
Господня лик увидел стар рыбак:
"Ко мне,мой сын,иди, я жду тебя!"
И устремился тот в морские волны так,
С блаженной счастьем в небеса глядя.
Мгновение спустя все та же тишина
Покрыла гладь земную и разливов спектр.
Природа неизменна и себе верна.
Ночная тишь, морской прилив, луна-прожектор…
Великолепный сливовый пирог…
Великолепный сливовый пирог
Я приготовил на твой день рожденья.
Он не сулит завор'oта кишок,
И не сулит он тебе отравленья!
Я лишь замечу: сейчас и всегда
Многие люди желали б в подарок,
Не в панировке, не в кляре гагарок,
Торт иль пирог получить от меня!
Вижу, ты очень сегодня счастливый,
Сразу заметил, как встал на порог!
Пусть у тебя аллергия на сливы,
Вот твой прелестный сливовый пирог!
Хоть он не нравится многим гостям,
Я бы сказал, что их вкус просто предал.
Я в продуктовом, друг, шел по костям,
Чтоб пирога ты кусочек отведал.
Вижу багрянец смущенья я твой,
Слышу твой жалобный-жалобный вздох.
Знаешь, я лучший твой друг мировой.
Вот твой пирог, твой сливовый пирог!
Метель, мороз, снега и вьюга…
Метель, мороз, снега и вьюга,
Дорога, холод, лес густой.
Зима – неведома подруга
Сезонов многих и порой
Нагонит лёд и хладну стужу.
Из теплых городских квартир
Людей не выгонишь наружу
Взглянуть на этот дивный мир.
Сердца наполнятся добром
Людей от мала до велика,
Когда за праздничным столом
Ряды гостей пируют лихо.
И все же нет уж лучше даже,
Когда закончатся слова,
Обычной может самой фразы:
"Куранты бьют, друзья, ура!"
Путь
Позвольте мне побыть немым, спокойным.
В теченье лет, сгорев душою, я
От суматохи постарел невольно
И смысла вдруг не вижу бытия.
И неужели всё и впрямь так плохо?
Ищу ответ, но вот нашел уже:
Себя сужу я часто слишком строго,
И от себя же устаю в душе.
Как ни устану – жизнь люблю сильнее.
Пускай совсем уж не осталось сил,
Вперед пойду без грез и промедлений,
Как дед мой в прошлом путь сей проходил!
Самоирония
Смеяться над убогими нельзя.
Но помню вот, как в день прекрасный я
С друзьями в пабе говорил неспешно,
Смеялся басом и твердил: "потешно".
От смеха моего ломались фрески -
Хватило мне причиной юморески.
Шутили над собою вместе с друже,
И повод нам другой, увы, не нужен.
Смеяться над убогим слишком грешно,
Но над собой, скажу я вам, потешно.
"Как без тебя мне тяжко, славный дед…"
Как без тебя мне тяжко, славный дед…
Ты видишь всё теперь с небес атласных.
Угас с тоскою человечий цвет,
Застыл и ждёт людей душою страстных.
Средь тьмы людей я – отрок невезучий,
Но зреть меня иным ты очень мнил.
В конце концов представится мне случай,
Чтоб быть таким, как ты когда-то был…
Братство, любовь и отвага
Смейся, борись и живи,
Пока не закончится сага.
