Кама ещё не вернулась. Рем сел у стола. Появление найдёнышей родило проблемы. Их нужно было кормить. Чем и как? Он не представлял, рассчитывая найти ответ у главного компьютера, включил терминал и подключился к нему. Увы, информация о питании детей животных была скудной и сложной для исполнения, везде присутствовало молоко матери. Другой информации на его запрос не поступило. Можно было связаться с Камой и посоветоваться, но Рем считал себя авторитетным знатоком жизни животных и ронять свой авторитет не хотел. Мать детёнышей была мертва, можно было поискать их сородичей и подбросить им сирот, но поиски требовали времени, а кормить их нужно было уже сейчас. Рем вспомнил рассказы Талы, что когда он был маленьким, его кормили из соски, надетой на бутылочку с молоком, так как он молоком матери не наедался. Проблема была в том, что в поселении не было грудных детей и естественно не было сосок. Да и сам принцип работы соски он не понял. Но то, что для питания используется молоко, осознал. Среди их запасов были маленькие ёмкости с молоком. Оставалось решить вопрос с соской. Справился и с этим. Взял кусок плотной ткани, завернул в него мякиш хлеба, получившуюся конструкцию плотным скотчем примотал к горлышку своей фляги, предварительно влив в неё подогретое молоко. Успел вовремя. Найдёныши вылезли из своего тёплого гнезда, повизгивая, они тыкались носами во всё, что окружало их. Рем сунул им своё сооружение. Он понимал, что молоко по вкусу отличается, от привычного для них вкуса молока матери, но ничего другого предложить не мог. Смочил свой палец в молоке и подсунул найдёнышам. Те сначала принюхивались, потом неуверенно лизнули и усердно принялись облизывать палец, вскоре добравшись, до сооружения Рема, начали сосать импровизированную соску. Кормление и приготовление к нему заняло много времени, но оно было потрачено не зря. Наевшиеся детёныши залезли в своё теплое гнездо и уснули. В этот момент и появилась Кама.
Она посмотрела на найдёнышей, погладила их мягкую шкурку. Послушала их недовольное ворчание. С умилением посмотрела на их раздувшиеся от молока животики. Рем рассказал ей о размерах и зубах, погибшей матери этих детёнышей. Она представила всё это в натуре и озабочено посмотрела на спящих детёнышей. Дальше начался совет. Они решали вопрос, как быть? Дело в том, что им нужно было возвращаться, сдавать собранный материал. На зиму все работы обычно сворачивались. Зима здесь была мягкой, но дождливой, особо за животными не понаблюдаешь. Кроме того их задача заключалась в составлении карты мест обитания имеющихся здесь видов, а не изучения поведения в разные периоды года. До таких фундаментальных исследований было очень далеко. Огромная планета и малюсенькая колония людей были не очень совместимы. Планы остались планами, появившиеся найдёныши внесли в них корректировку. Они совместно решили, что нужно искать сородичей найденных детёнышей и подбросить их им. Выполнение этой части нового плана брал на себя Рем, а Каме досталось выполнение ранее имевшегося плана. Она была недовольна, но подчинилась доводам Рема. На следующий день она начала собираться.
Рем каждый вечер связывался с Тали. В этот вечер он связался с ней, как обычно, рассказал о найдёнышах и об их решениях. Тала согласилась с его решением. Приезд Рема откладывался, но она уже привыкла ждать, понимая, что парню шёл двадцатый год и сидеть он возле неё не будет. Такова жизнь. Молодость жаждет движения, свободы, а старости уготовано одиночество и ожидание. С этим приходилось мириться.
Найдёныши в основном ели и спали. Топчан Рема покидать не хотели, усердно отбивая все попытки переселения. Так и устроились на ночь, Рем и двое у него под боком. Утром Кама улетела, но сообщила, что сдаст собранный материал и прилетит. В поселении ей делать было нечего. Но вернулась она через три месяца. Её заставили систематизировать и обрабатывать привезенный материал за двоих, а затем загрузили другой работой. Людей в их отделе было мало…
… После отлёта Камы, Рем остался на хозяйстве один. Забот у него хватало. Да и проблем тоже.
Кормить найдёнышей приходилось 4–5 раз в день, аппетитом они не страдали, молоко пришлось им по вкусу. Но это было не самое страшное. Хуже было другое, оставаться одни они не хотели. Рем пытался их приучить, но не выдерживал сам. Их царапанье и скуление под дверью, когда он их оставлял одних, выдержать не мог. Приходилось брать их с собой на облёты территорий, для поиска их сородичей. Укутав их, он усаживал их во второе кресло гладера. Так и летали втроём, а на ночь они укладывались к нему под бок и тогда спали спокойно. Иначе не засыпали. Так Рем сдавал позиции в их воспитании. Шёл на поводу. Приняв их условия взаимного существования. Проходили дни.
