При всем при том Спиноза испытывал потребность объясниться: продемонстрировать всему миру, и особенно своим религиозным оппонентам, что его философия не является несовместимой с традиционной верой в Бога. Поэтому по завершении «Этики» он приступил к новой работе под названием «Богословско-политический трактат», которая была посвящена вопросам богословия и политики. Трактат Спинозы довольно необычен – смесь политической теории и комментариев к Библии. Он рассказывал друзьям, что пытается подготовить почву для публикации «Этики», демонстрируя, что «свобода суждения… может быть допущена без вреда благочестию и спокойствию государства». Возможно, Спиноза был величайшим философом-рационалистом, но в данном случае сложно утверждать, что его аргументация рациональна. Безликий пантеистический Бог Спинозы не имеет ничего общего с библейским Иеговой, а теория о том, что мы вредим себе, когда причиняем вред другим, противоречила господствующим религиозным взглядам (в отношении еретиков и неверующих), а также политическим и нравственным установкам той эпохи (в отношении практически всех людей). А его утверждение, что описанные в Библии чудеса являются просто природными явлениями, суть которых сознательно искажалась в целях религиозной пропаганды, вряд ли могло вызвать восторженные отклики в кругах церковников.
Как бы то ни было, в политической теории Спинозы есть чрезвычайно интересные (и удивительно современные) аспекты. Его идеи во многом стали ответом английскому философу Томасу Гоббсу, чья новаторская работа «Левиафан» вышла в свет двадцатью годами ранее, в 1651 г. В «Левиафане» Гоббс высказал пессимистическую мысль, что без государства «жизнь человека одинока, бедна, беспросветна, тупа и кратковременна». Человеческие существа нашли такое положение вещей невыносимым и объединились в управляемые сообщества, чтобы изменить его. Любая форма государства лучше его отсутствия, и поэтому мы должны подчиняться власть имущим.
Спиноза придерживался более благожелательного взгляда на человечество, и его политическая теория была, в сущности, либеральной. Он не считает, что нужно поддерживать государство любой ценой, а убежден, что государство или его правитель оправдывают свою власть, только гарантируя безопасность своих граждан, «чтобы их душа и тело отправляли свои функции, не подвергаясь опасности, а сами они пользовались свободным разумом»[12]. Государство обязано лишь защищать индивидуума, которому должно быть позволено преследовать собственные цели. (Спиноза был оптимистом, полагая, что эти цели включают обуздание страстей и использование разума для более глубокого понимания самого себя и окружающего мира. Неизвестно, правда, как соотносилась с этим средневековая версия накачанного пивом футбольного хулигана или не встающего с дивана лежебоки.) Спиноза также выдвинул довольно наивную идею о том, что государство обязано ограничивать свою власть. Его действия должны быть разумными, а используемые средства – гарантировать полную свободу мысли и мнений. Однако тут он проводит вполне реалистичное разграничение между мыслями и действиями. Мы должны иметь право думать так, как считаем правильным, но наши действия могут ограничиваться государством. А под действиями он понимает в том числе публичное выражение мыслей, способное спровоцировать беспорядки.
Политическая теория Спинозы довольно точно отражает тогдашнее положение в Голландии. Здесь существовали толерантное государство и свобода мысли – но в определенных границах. Идеи Спинозы часто выходили за эти границы, однако он упорно отстаивал свое право если не на свободу публикации, то на свободу иметь эти идеи. И настаивал, что именно в неспокойной Голландии XVII в. государство должно делать все возможное для безопасности граждан.
Политическая теория Спинозы значительно опередила свое время. Некоторые ее положения нам могут показаться наивными, но в те времена подобного рода взгляды, близкие к утопическим, считались опасной белибердой – или по меньшей мере нелепостью. Тем не менее представления Спинозы о государстве во многом совпадают с идеологией либерал-демократов в современном западном обществе. Каждый человек имеет право на расистские, женоненавистнические или даже агрессивные политкорректные взгляды, но ему запрещено претворять их в действия. Например, противозаконно призывать толпу к насилию над курильщиками.
В 1670 г. «Трактат» был наконец опубликован, но цели своей Спиноза не достиг. Достаточно процитировать слова одного из критиков, который заявил, что книга «изготовлена в аду евреем-вероотступником и дьяволом, а выпущена в свет с ведома господина Яна де Витта». (Ян де Витт был голландским государственным деятелем и противником роялистов, а его политическое искусство помогало защищать Голландию от агрессивных поползновений как Англии, так и Франции, – реакционеры той эпохи винили его во всех бедах.)
