Главный парадокс Спинозы, думается, как раз и заключается в том, что и сам его образ, и его учение при всей его многоликости, а возможно, и благодаря ей давно стали неотъемлемой частью общественного сознания человечества.
Истины, поднятые на щит Спинозой, находятся, что называется, в постоянном употреблении как у профессиональных философов, так и представителей различных областей фундаментальной науки и у рядовых обывателей — пусть последние о том зачастую и не ведают. Более того — как уже не раз говорилось на страницах этой книги, на протяжении всего предыдущего века мы наблюдали непрерывный рост актуальности учения Спинозы, что продолжается и по сей день.
Разумеется, на каждом витке винтовой лестницы человеческого познания само мировоззрение Спинозы воспринималось по-разному, и та или иная часть его учения представлялась более актуальной, чем другая.
Само влияние Спинозы на общественное сознание отнюдь не однозначно. В нашей памяти еще живы времена, когда его поднимали на щит атеисты и вульгарные материалисты, в результате чего верить в Бога стало считаться едва ли не чем-то постыдным, что следовало скрывать. Но сегодня Спиноза куда чаще цитируется теми, кто убежден в том, что человечество не может жить без Бога и в то же время не верит в того Бога, в которого не верят атеисты.
Было время, когда человечеству, чтобы поскорее распрощаться с невежеством и суеверием, взгляд Спинозы на Бога, на субстанцию, на единство всего сущего и объективность его законов был куда важнее, чем его представления об этике и взаимоотношениях между человеком и государством. Затем именно этика и нормы общежития выступали на передний план, а его метафизика отодвигалась в сторону.
Сегодня, на фоне происходящих в связи с новыми прорывами в науке и технике масштабных изменений наших представлений о мире, на первый план снова выходит спинозовское представление о вечной и бесконечной субстанции и ее атрибутах.
Вдруг оказывается, что в наш век Интернета, искусственного интеллекта и большого андронного коллайдера и возвращения Бога в общественный дискурс его взгляд на мироздание оказывается куда более адекватным, чем многие теории всего-то вековой или даже полувековой давности.
При этом мы все яснее видим и слабости его философии, и механистичность его «Этики», жизнь по принципам которой делает человека таким предсказуемым, а значит, и таким скучным! Но не признавать всю мощь звучания этой книги и в наши дни попросту невозможно.
А что будет завтра?
Завтра будет завтра.
И в этом завтра, возможно, совсем не будет привычных нам бумажных книг с трактатами Спинозы.
Что отнюдь не означает, что его не будут читать. Еще как будут, пусть с помощью электронной книги или возникающей в воздухе текстовой голограммы или как-то еще!
Чтобы задуматься. Чтобы принять. Чтобы оспорить и отвергнуть.
Но главное — его в любом случае будут читать.
Автору остается лишь надеяться, что для кого-то первым шагом к знакомству со Спинозой станет эта книга, и тогда он будет считать свою задачу выполненной.
АБАРБАНЕЛЬ Исаак бен Иегуда
АКИВА бен Иосиф (около 40–50 н. э. — 137) — философ периода танаим, один из значительных законоучителей, основоположник систематизации Устной Торы.
АКОСТА Уриэль
БААЛ-ШЕМ-ТОВ Исраэль (сокр.
БЕЙЛЬ Пьер — (фр.
БЕЛЕНЬКИЙ Моисей Соломонович (1910, Могилев, Российская империя — 1996, Израиль) — советский религиовед, переводчик, писатель и публицист. Один из авторов «Настольной книги атеиста», «Атеистического словаря» и «Карманного словаря атеиста» и десятков других книг по научному атеизму и истории религии.
БЕН ГЕРШОМ Леви (акроним
