Спираль. Цена победы полностью

Темно. Ничего не видно. В горле неприятно першит, как будто наглотался песка, лёгкие судорожно алкают воздуха, работая как пробитые древние кузнечные мехи. Руки отчаянно касались тьмы вокруг, ищут хоть какую-то опору. Тьма была густой, казалось она крепчала с каждой секундой, попытка коснуться своего лица не удалась, он вяз в этом киселе, полное бессилие. Неужели это тот самый ад, о котором вещали проповедники Вестников, неужели он теперь здесь. В нём, вечные мучения – эксклюзивное издание, конечности начала сводить судорога, по венам тёк огонь, пламя буквально рвало жилы. Дышать, невозможно. Тело отчаянно бьётся от недостатка воздуха, пальцы медленно прорываются сквозь кисель тьмы к горлу, ногти начинают царапать плоть, ища хоть как-то спасение.

«Где я? ЧТО СО МНОЙ?!» хотелось кричать, кричало только сознание, глаза если это были они слезились.

«Как больно…» слёзы катились по щекам от ужаса, удушья, страха, бесконечной боли. Откуда-то пришло чувство падение, затем удара.

«Неужели эти мучения вечны?!»  через пелену боли и слёз он увидел одинокую фигуру одетую в простое серое платье, до боли знакомое. Рука протянулась к ней: «Помогите» сипел он. Силуэт медленно приблизился, садясь рядом с ним на колени. Холодная, столь нежная рука легла на лоб, в этот момент воздух наконец вошёл в тело, мужчина начал медленно дышать, рука фигуры прошлась по его волосам укладывая голову парня себе на колени. Чувство самой простой синтиткани под головой, тёплая кожи женщины, он не сомневался что это именно женщина.

«Джил» вот что первым пришло на ум, тело отходило от удушения, медленно возвращаясь обратно к привычному ритму существования, жар исчезал.

– Джил – слабо прошептали сухие губы, глаза закрылись, улыбка невольно появилась на устах мужчины.

Капля упала ему на лицо, потом другая, ещё и ещё. Это заставило открыть глаза, мир не обрёл резкость, лицо женщины было сокрыто тенью, вот теперь он ещё понимал кто это. В желудке появился ледяной холод ужаса. Серое простое платье было так знакомо, эта женщина была ему дорога, он любил её. Рука потянулась к лицо плачущей: —Не плач, меня больше не ранят. – его пальцы остановил столь знакомый хват, другая рука переместилась с волос на лицо, потом на шею.

«Это не Джил. Это… мама?!» последнее слово он произнёс вслух, боясь поверить в то что видел.

– Мама. – радостно произнёс солдат – Я вернулся. Я принёс мясо, не плач, оно настоящее не человечина. Я знаю. Всё будет хорошо. – слабо шевелились его губы, в ответ он увидел кивок, слёзы продолжали капать на его лицо.

Губы столь любимого человека раскрылись: —Пожалуйста, прости.

Глаза парня в ужасе распахнулись зрачки сузились до размера ушка игла, внутри всё рухнуло, два самых страшных слова в его жизни сейчас резали душу на куски, рот бессильно открылся. Ладонь матери перестала его гладить, легла на шею.

«Будет душить? Давай, пускай душит, заслужил. Только пусть прекратит плакать»

–Пожалуйста прости.

«Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, только не опять, не надо, что угодно только не это… Нет!!! Не говори этого» язык не слушался, рот бессильно открывался, он никогда не скажет этих слов ей. «Убей меня, только прекрати плакать!»

Ладони начали медленно нагреваться, пальцы его матери стали горячими как огонь. Как металл в печи. Ему больно держать её пальцы, запах палёной плоти врезается в нос. «Не отпускай. Не отпускай» твердит он себе, рука женщина распадается у него в руках. Плоть испаряется как вода. «НЕ ОТПУСКАЙ!» мысленно он рычит себе, горячая кровь падает на него, как кислота разъедает плоть, мышцы рвутся, трещат кости. Женщина не кричит, даже не отстраняется.

–Мама. – наконец шепчет он, с силой обнимая женщину, она горит у него в руках, его тело горит вместе с ней, больно, как больно. Но это ничто по сравнению с душой. Она печально улыбается, лицо сокрыто тенью.

–Пожалуйста прости. – шепчут её горящие губы, пока она медленно распадается у него в руках, в прах. Глаза мужчины бешено расширены, тело в ожогах, это его не волнует, руки бессильно упираются в пол. «Умри. Пожалуйста умри» требует он от своего тела, молит его перестать существовать. «Хватит»

Теперь он лежит на полу больше похожий на полугорелый скелет чем человека. Всеми силами прося сердце остановиться уже навсегда.

«Это ещё что такое?!» он слышит другой знакомый голос, единственный почти слепой глаз смотрит на идущий силуэт. – Мама.– слабо протягивает костяшки пальцев к фигуре идущей женщины.