Крики становились всё громче, следующая жертва пала на алтарь, Бахар повторил всё по новой, народ уже смеялся, восторгаясь силой нового божества. Не обещаниями рая после смерти, вот она сила, здесь, сейчас можно стать её частью. Теперь они рвали сброшенные тела, обмазываясь кровью жертв, жрец медленно перевёл взор на снимающую весь этот кошмар камеру.
– Услышьте меня угнетатели, ваше время кончилось. Мы идём за вами. Ваше место на алтаре! Слава Кельцкоатлю.
Дальнейшее стало именоваться в летописях как «Ночь Огня», опьянённые силой своего вождя тысячи людей вооружённые захваченным оружием уничтожали столичный город, всё больше последователей вливалось в поток из тел, несогласные вырезались, полиция разбегалась от толпы. Те кто сопротивлялся падали под огнём фанатиков, кулаков, ножей, зубов. Они шли без страха, те кто раньше были королями жизни стали лишь мясом для них. Введение в город бронемашин не помогло, Бахар превратил десяток из них в мешанину мяса и костей одним мановением руки. Армия окончательно деморализованная бежала только при одном слухе о человеке в мантии. Прямо на пути толпа приносила кровавые жертвы, вырывая сердца всех кто сопротивлялся новому Богу. Они были больше похожи на демонов, грязная одежда, волосы слипшиеся в запёкшей крови, вопящие молитвы Кельтцкоатлю, окровавленные с ног до головы. Дом Правительства было некому защищать, правители не могли поверить в происходящее. Когда народ хлынул в некогда чистое белое здание, убивая всех на пути, вламываясь в квартиры полицейских и чиновников, слышались выстрелы, которые перерастали в крики.
Как не приказывал президент Руэно Монтоя о необходимости своего спасения. Глава охраны лишь медленно отступил, это была нечеловеческая сила, собственные охранники теперь как затравленные волки смотрели на своего начальника, понимая простую вещь. Это было божественное проявление, а если Бог хочет крови, то встать у него на пути глупость, никакие деньги тебя не спасут. Телохранители схватили своих подопечных спуская их вниз, прямо в зал, где уже стояла паства во главе с Бахаром. Президента вместе с окружением бросили к ногам жреца, пока тот стоял в багровой от потёков мантии. Жрец медленно оценил их взглядом, потом перевёл взгляд уже на охрану, те сразу пали на колени, не решаясь поднять глаза. Будущий правитель указал на министров, с гиканьем их подхватили на руки, несмотря на вялое сопротивление, неся прямо к центральной площади. Им рвали сердца, бросали в толпу агонизирующие тела. Некоторых рвали на куски, забивали ногами и подручными средствами. За всем этим с мрачным торжеством смотрел Объединитель. Новая эпоха рождалась в агонии старой.
За прошедшие несколько дней несогласных несли на постамент, милость Змея нужно заслужить. Бахар ковал новую армию, пока его жрецы вещали на улицах и городах Мехико Инспиа, самой большой страны посреди погрязших в техноварварские государств. Начались реформы, экономические, социальные, богатства верхушки стали достоянием бюджета новой страны, строились школы, дороги, храмы. Объединитель показал себя гениальным правителем, блестящим экономистом, казалось не было ничего чего бы он не знал. Главы других держав, если это можно было так назвать не верили в его способности, ища любые логические оправдания произошедшему, списывая на монтаж трансляций или банальные трюки, которые заполняли местную версию голонета. Как забавно, как скрыть правду проще всего? Убедить всех что это ложь. Вот только влияние начинающего культа лишь росло, с каждым днём всё больше людей слышали о пророке, который ведёт страну к новому миру. Страны-соседи уже через шесть лет ощутили последствия близорукости и заигрывания с новой властью. Началась тотальная война. Через десять лет вся планета пала под ударами армии Змея. Чьи воины носили ритуальные татуировки, пилили зубы, протыкали языки, уродовали щёки, неустанно тренируя воинскую науку, они носили нечто вроде подобия единой формы, каждый подгонял снаряжение как ему удобно. Пока военная машина Инспиа разгонялась политики грызлись между собой, вступая в союзы и коалиции друг против друга. Пока внезапно огромный континент не понял, что эта сила с которой не считаться нельзя. Инспиа вместе с союзниками уничтожала тех, кто сопротивлялся им.
Вторжение за вторжением, уничтожая храмы, вырезая население, которое отказывалось присягнуть Объединителю. Хефе не знал жалости, миллионы людей за долгие годы закончили свою жизнь на алтарях по всему миру. Религия всегда была простейшим средством управления массами, вкупе с идеей она двигала вперёд народы, если же всё это подкреплялось материальными благами, то поистине становясь силой мирового масштаба. Вполне закономерно, а не благодаря удаче, как вещали немногочисленные противники Хефе.
